Comparative analysis of levels and structure of mortality from malignant neoplasms (including separate sites) in four regions entirely included in the Arctic zone of the Russian Federation, 2000-2023

Full Text

ВВЕДЕНИЕ

«Сохранение населения, укрепление здоровья и повышение благополучия людей» обозначены в качестве главной национальной цели в Указе Президента Российской Федерации «О национальных целях развития Российской Федерации на период до 2030 года и на перспективу до 2036 года»¹. Для достижения этой цели «необходимо обеспечить стабилизацию рождаемости, снижение смертности, повышение продолжительности жизни», ‑ определено в «Едином плане по достижению национальных целей развития Российской Федерации до 2030 года и на перспективу до 2036 года»².

В Стратегии развития Арктической зоны Российской Федерации и обеспечения национальной безопасности на период до 2035 года³ к «основным опасностям, вызовам и угрозам, формирующим риски для развития Арктической зоны» отнесены (в том числе) явные признаки ухудшения медико-демографической ситуации, где наряду со «снижением естественного прироста населения, миграционным оттоком и сокращением численности населения», отмечено «отставание от общероссийских значений показателей, характеризующих качество жизни в Арктической зоне, в т.ч. ожидаемой продолжительности жизни, смертности лиц трудоспособного возраста, младенческой смертности».

Результаты множества исследований свидетельствуют о том, что население АЗРФ (прежде всего, сельское, включая коренное) характеризуется наиболее высокими (в сравнении со среднероссийскими) показателями общей смертности, особенно высокими уровнями смертности от внешних причин и алкоголь-атрибутивной смертности [1].

Онкологические заболевания являются второй по значимости причиной смерти в России после болезней системы кровообращения (БСК); каждый год в нашей стране около 300 тысяч человек умирает от ЗНО. Смертность от ЗНО в 21 веке как в РФ, так и в регионах АЗРФ, занимает в структуре общей смертности второе ранговое место (после БСК) среди женщин, и второе-третье место среди мужчин (конкурируя с внешними причинами смерти) [2].

Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) относит показатели смертности (в т.ч. смертности от ЗНО) к числу ключевых индикаторов здоровья населения. Смертность представляет собой комплексный показатель общественного здоровья, находящегося под влиянием множества факторов среды обитания (вкл. социальные детерминанты здоровья и экологическую ситуацию), и тесно связанный с другими ключевыми индикаторами общественного здоровья, такими как заболеваемость, инвалидность и продолжительность жизни. Высокая смертность свидетельствует о низком уровне общественного здоровья и благополучия населения, и в целом, о низком качестве жизни. Смертность, наряду с рождаемостью и миграцией, является составляющей медико-демографических процессов, которые изучаются в рамках общественного здоровья. Анализ показателей смертности позволяет оценивать эффективность здравоохранения и санитарно-эпидемиологической службы (вкл. качество диагностики заболеваний, их лечения и профилактики), выявлять наиболее уязвимые группы населения и анализировать причины высоких уровней отдельных причин смертности, в целях разработки мер, направленных на снижение смертности, сохранение здоровья населения, обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия, улучшение демографических процессов.

В отличие от заболеваемости, показатели смертности многими исследователями считаются более объективными и надежными в силу ряда причин: смерть – это фактическое событие, обязательно регистрируемое и статистически учитываемое; определение причин смерти менее субъективно, чем диагностика заболеваний; регистрация случаев смерти проводится на стандартной систематической основе, слабо подверженной субъективному влиянию, что сводит к минимуму потери информации; данные о смертности более доступны для анализа и интерпретаций, чем данные о заболеваемости.

Эпидемиологические исследования распространенности онкопатологии среди населения российской Арктики, выполненные в прошлом столетии, малочисленны, а полученные результаты недостаточны для формирования научно обоснованных интерпретаций происходящих процессов. Такое положение дел является следствием ненадёжности и неполноты диагностики, учёта и отчётности, отсутствием канцер-регистров, исторически сложившейся неразвитостью онкологической службы (и в целом здравоохранения) в регионах российской Арктики, что обусловлено, в свою очередь, экстремальностью климато-географических условий среды обитания, малочисленностью и низкой плотностью населения, труднодоступностью множества населенных пунктов, инфраструктурными, транспортными, ресурсными и прочими ограничениями.

Высокий уровень онкосмертности совокупного коренного населения Крайнего Севера (как минимум вдвое выше, чем в СССР), привлек к себе внимание исследователей еще в 1960-70-х годах в связи с изучением последствий многолетних испытаний ядерного оружия на Новой Земле. Однако уже тогда авторы указывали на необоснованность попыток напрямую связать «удвоение» уровня онкосмертности с «удвоением» радиационной нагрузки на коренных жителей советской Арктики (за счет интенсивного загрязнения искусственными радионуклидами главной северной пищевой цепи «лишайник-олень-человек», также контаминированной естественными радионуклидами) [3, 4].

В исследованиях 1960-70-х годов основной причиной высокой онкосмертности коренных жителей был однозначно определен рак пищевода («краевая патология Крайнего Севера»), показатели смертности от которого в 15-20 раз превосходили средние уровни по СССР и достигали 50% от общей онкосмертности коренного населения Севера. К началу 1990-х годов доля рака пищевода в структуре онкосмертности коренных жителей Севера сократилась почти на порядок (до 5-7%), а общая онкосмертность кардинально снизилась до уровней, сопоставимых со среднероссийскими [5-10].

Ретроспективное исследование смертности от ЗНО коренных жителей Чукотского района (ЧР) ЧАО было проведено по материалам, собранным сотрудниками Ленинградского НИИ радиационной гигиены за 30-летний период (1961-1990) в ходе нескольких экспедиций в ЧАО. Данные об онкосмертности чукчей и эскимосов, содержавшиеся в медицинских свидетельствах о смерти отдела ЗАГС административного центра ЧР (п. Лаврентия), были стандартизованы по возрасту с использованием мирового стандарта. Было продемонстрировано, что среднемноголетний стандартизованный показатель общей онкосмертности коренных жителей ЧР был вдвое выше среднероссийского показателя для мужчин, и в 3,5 раза выше - для женщин. Ведущими причинами смерти от ЗНО в ЧР как среди мужчин, так и среди женщин, были рак легких/трахеи/бронхов (28% среди мужчин и 23% среди женщин), за которым следовали рак пищевода (22 и 20% соответственно) и желудка (по 15%). Показатель смертности от рака пищевода в ЧР среди мужчин был в 13 раз выше среднероссийского уровня, а среди женщин - в 35 раз выше. Среди женщин ЧР наблюдался крайне высокий уровень смертности от рака легких, почти в 10 раз превышавший среднероссийский показатель [11].

В исследовании распространенности онкопатологии среди общего населения ЧАО за 1997-2010 годы (по материалам официальной статистики МНИОИ имени П.А. Герцена) были выявлены близкие по величинам среднемноголетние стандартизованные показатели общей онкосмертности мужчин и женщин ЧАО в сравнении с РФ; статистически значимые различия отсутствовали. По раку легких определены схожие уровни смертности (и схожие доли в структуре онкосмертности) среди мужчин в ЧАО и РФ, при этом среди женщин ЧАО показатели по раку легких превышали среднероссийские в 5 раз. По раку пищевода в ЧАО уровни смертности были выше среднероссийских среди мужчин - двукратно, среди женщин - восьмикратно [12].

Научная литература, посвященная статистике онкопатологии в регионах АЗРФ в последние два десятилетия, представлена лишь немногочисленными публикациями по региональным материалам, касающимся, в основном, онкозаболеваемости в отдельных субъектах Крайнего Севера, либо работами, оперирующими данными по онкозаболеваемости в разрезе федеральных округов. Опубликованных результатов исследований смертности от ЗНО населения российской Арктики, ориентированных на межрегиональное (в границах АЗРФ) сопоставление показателей, в литературе последних 20 лет не обнаружено.

Недавно нами был выполнен «пилотный» сравнительный анализ стандартизованных по возрасту показателей общей смертности и смертности от основных причин (вкл. общую онкосмертность) населения НАО в сравнении с МО, ЯНАО и ЧАО в период 2002-2019, где были выявлены более высокие (в сравнении со среднероссийским показателем) среднемноголетние уровни общей онкосмертности как среди мужчин, так и среди женщин во всех четырёх регионах АЗРФ, за исключением мужчин ЯНАО, онкосмертность которых была несколько ниже российского уровня. Наиболее высокие уровни смертности от ЗНО наблюдались среди мужчин в ЧАО, НАО и МО, а среди женщин – в ЧАО и ЯНАО [2].

Всесторонняя углубленная (с анализом отдельных локализаций ЗНО) сравнительная оценка многолетних (2000-2023) стандартизованных по возрасту показателей смертности от ЗНО в регионах АЗРФ проводится впервые.

Цель исследования. Провести сравнительный анализ уровней и структуры смертности от ЗНО, включая отдельные локализации, в четырёх регионах, целиком входящих в АЗРФ (за период 2000-2023), для выявления региональных различий по доминирующим причинам смертности от ЗНО, требующим разработки дифференцированных мер профилактики.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ

Официальная статистика смертности населения, публикуемая в документах Росстата, представлена в разрезе «целых» субъектов РФ (без деления на меньшие административные единицы). При этом несколько регионов Севера (республика Карелия, Архангельская область, республика Коми, Красноярский край и республика Саха/Якутия) включены в АЗРФ лишь частями северных территорий (несколькими муниципальными образованиями). Сопоставление «общетерриториальной» официальной статистики смертности регионов, частично входящих в АЗРФ, со статистикой регионов, целиком входящих в АЗРФ, представляется неприемлемым. В этой связи для объективного корректного межрегионального (в границах АЗРФ) сравнения показателей смертности были выбраны четыре региона, территориально целиком входящие в АЗРФ (МО, НАО, ЯНАО и ЧАО).

По выбранным четырём регионам АЗРФ (а также по РФ в целом) за 24-летний период (2000-2023) были собраны (по материалам официальной статистики) и проанализированы данные по общей онкосмертности и смертности от ЗНО 15-ти локализаций у мужчин и 18-ти локализаций у женщин (код по МКБ-10): губа, полость рта, глотка (С00-14); пищевод (С15); желудок (С16); ободочная кишка (С18); прямая кишка, ректосигмоидное соединение, анус (С19-21); печень и внутрипеченочные желчные протоки (С22); поджелудочная железа (С25); гортань (С32); трахея, бронхи, легкое (С33,34); меланома кожи (С43); женская молочная железа (С50); шейка матки (С53); другие новообразования матки (С54,55); яичник (С56); предстательная железа (С61); почка (С64); мочевой пузырь (С67); головной мозг и другие отделы ЦНС (С70-72); лимфатическая и кроветворная ткани (С81-96). ЗНО других локализаций, которые в популяции встречаются относительно редко, были объединены в категорию «прочие ЗНО».

Информация о численности и возрастно-половом распределении населения 4-х регионов АЗРФ и РФ за период 2000-2023 была получена из статистических бюллетеней Росстата «Численность населения Российской Федерации по полу и возрасту». Для сбора данных о смертности в 4-х регионах АЗРФ и в РФ за период 2000-2023 была использована информация из нескольких источников. Основная информация была получена из Сборников «Злокачественные новообразования в России (заболеваемость и смертность)» МНИОИ имени П.А. Герцена за 2007-2023 годы⁴, содержащих стандартизованные показатели смертности и абсолютное число умерших мужчин и женщин от ЗНО в РФ (за 2000-2023), МО и ЧАО (за 2007-2023), ЯНАО (за 2011-2023) и НАО (2015-2023).

Недостающая информация по МО и ЧАО (за 2000-2006), ЯНАО (за 2000-2010) и НАО (за 2000-2014) в виде повозрастных показателей смертности в пятилетних возрастных группах и среднегодовой численности этих возрастных групп за соответствующие годы получена из Российской базы данных по рождаемости и смертности (РосБРиС)⁵ Центра демографических исследований Российской экономической школы. Полученные данные позволили рассчитать абсолютное число умерших и стандартизованные показатели смертности за недостающие годы. Был использован прямой метод стандартизации; в качестве стандарта возрастной структуры населения применялся Мировой стандарт.

Среднемноголетние стандартизованные показатели смертности были рассчитаны как среднее арифметическое от 24-х значений стандартизованных показателей смертности за каждый год в период 2000-2023 с определением 95% доверительных интервалов (95% ДИ). Разница между полученными среднемноголетними уровнями считалась статистически значимой при условии непересечения границ 95% ДИ в сравниваемых совокупностях.

Структура смертности от ЗНО рассчитывалась на основе абсолютных чисел умерших. Для каждой локализации рассчитана доля (в %) от всех умерших от ЗНО мужчин и женщин за каждый год в период 2000-2023, а также среднемноголетние доли за 24-летний период, на основе которых для каждой локализации определены ранги в иерархии структуры смертности в 4-х регионах АЗРФ и в РФ.

РЕЗУЛЬТАТЫ

Сравнительный анализ среднемноголетних (2000-2023) стандартизованных по возрасту показателей смертности от ЗНО в четырёх регионах АЗРФ и в РФ

Мужчины (рис. 1-3)

Среднемноголетние (2000-2023) стандартизованные по возрасту показатели общей онкосмертности (от всех видов ЗНО) мужчин в четырёх регионах АЗРФ варьируются от 148,6 (на 100 тыс. нас.) в ЯНАО до 185,8 в НАО. Уровень общей онкосмертности мужчин ЯНАО является наименьшим в сравнении с МО, НАО и РФ − статистически значимо, и с ЧАО – не значимо. Более высокие показатели общей онкосмертности мужчин определены в МО и НАО: на 7-8% выше уровня РФ (170,3) и на 20% выше уровня ЯНАО.

Показатель смертности мужчин от ЗНО полости рта (губы, полости рта и глотки) наиболее высок в МО − статистически значимо выше других регионов АЗРФ и РФ. Самый низкий уровень смертности мужчин определен в ЯНАО; затем следуют НАО и ЧАО.

Уровни смертности мужчин от рака пищевода во всех 4-х изучаемых регионах АЗРФ статистически значимо превышают уровень в РФ: от 34% в МО до 2,5 крат в НАО. В НАО и ЧАО определены наиболее высокие показатели (14,3 и 11,7 на 100 тыс. соответственно).

Наименьший уровень смертности мужчин от рака желудка выявлен в ЯНАО: различия статистически значимы в сравнении с РФ, МО и ЧАО, и не значимы − в сравнении с НАО. Показатель в ЧАО превышает уровень в ЯНАО на 81%, и уровень в РФ − на 31%.

Показатель смертности мужчин от рака ободочной кишки максимален в МО; различия статистически значимы в сравнении с РФ, ЯНАО и ЧАО. НАО занимает второе место по величине показателя, который, однако, имеет крайне высокий «разброс» ДИ. Уровень смертности в ЧАО наименьший, в сравнении с РФ и МО − значимо ниже.

Смертность мужчин от рака прямой кишки (прямая кишка, ректосигмоидное соединение, анус) наиболее высока в МО (значимо выше РФ и ЯНАО); далее по мере снижения показателя следуют НАО, ЧАО и ЯНАО.

Несомненным «лидером» по уровню смертности мужчин от рака печени (печень и внутрипеченочные желчные протоки) является ЧАО, где показатель смертности в 2-2,5 раза (и статистически значимо) выше МО, НАО и РФ. Второе место занимает ЯНАО, где уровень смертности на 72% ниже, чем в ЧАО, и близок по величине к уровню в РФ.

Показатели смертности мужчин от рака поджелудочной железы в сравниваемых регионах колеблются в диапазоне от 8,3 на 100 тыс. нас. в ЯНАО до 12,3 в НАО. Статистически значимых различий при сравнении показателей в регионах АЗРФ и в РФ не выявлено.

Уровни смертности мужчин от рака гортани в изучаемых регионах АЗРФ соразмерны (3,4-3,9 на 100 тыс. нас.) и несколько ниже, чем в РФ (4,7 на 100 тыс. нас.), при этом статистическая значимость различий выявлена лишь в паре РФ-МО.

Наиболее высокие уровни смертности мужчин от рака легких (трахея, бронхи, легкие) определены в НАО и ЧАО, превышающие показатель в РФ (46,5 на 100 тыс. нас.) на 40% и 22% соответственно. Уровень в НАО (65,2) статистически значимо превышает уровни в РФ, МО и ЯНАО, которые близки по величинам.

Весьма схожая ситуация со смертностью мужчин в изучаемых регионах АЗРФ наблюдается по меланоме кожи, раку предстательной железы, почки, мочевого пузыря, ЦНС, лимфатической и кроветворной ткани: МО существенно «опережает» ЯНАО, НАО и ЧАО, а также несколько «превосходит» РФ (за исключением мочевого пузыря и ЦНС, по которым показатели в МО и РФ близки по величинам). При этом в НАО, ЯНАО и ЧАО показатели смертности от вышеперечисленных локализаций ЗНО ниже соответствующих уровней в РФ, а в НАО и ЧАО эти показатели оказались наименьшими среди сравниваемых регионов АЗРФ и РФ (за исключением почек в ЧАО и лимфатической-кроветворной ткани в НАО).

Женщины (рис. 1-3)

Среднемноголетние (2000-2023) стандартизованные по возрасту показатели общей онкосмертности (от всех видов ЗНО) женщин в четырёх регионах АЗРФ варьируются от 87,8 (на 100 тыс. нас.) в НАО до 110,5 в ЧАО. Уровни общей онкосмертности женщин в МО, НАО, ЯНАО и РФ близки по величинам, и статистически значимо «отстают» примерно на 20% от показателя по ЧАО.

Показатели смертности женщин от ЗНО полости рта в регионах АЗРФ варьируются незначительно от 1,07 на 100 тыс. нас. (в ЯНАО) до 1,86 (в МО); в этом диапазоне находится и показатель по РФ (1,20).

Уровни смертности женщин от рака пищевода во всех четырёх изучаемых регионах АЗРФ статистически значимо превышают показатель по РФ: от 63% в МО до 7,5 крат в ЧАО. В НАО и ЧАО определены наиболее высокие показатели (4,64 и 6,27 на 100 тыс. нас. соответственно), значимо превышающие уровни в МО и ЯНАО. Показатель смертности женщин от рака пищевода в ЧАО даже превышает уровень смертности мужчин в РФ от данной патологии.

Показатели смертности женщин от рака желудка в регионах АЗРФ близки по величинам с минимумом в ЯНАО (8,17 на 100 тыс. нас.) и максимумом в ЧАО (10,27). Показатель по РФ (8,53) укладывается в этот диапазон.

Уровни смертности женщин от рака ободочной кишки во всех четырёх изучаемых регионах АЗРФ статистически значимо превышают показатель по РФ: от 21% в ЯНАО до 69% в ЧАО. В НАО и ЧАО выявлены наиболее высокие показатели (10,23 и 11,9 на 100 тыс. нас. соответственно).

Смертность женщин от рака прямой кишки во всех четырёх изучаемых регионах АЗРФ превышают показатель по РФ (4,88 на 100 тыс. нас.); в МО и НАО превышение статистически значимо. Наименьший уровень определен в ЯНАО (5,01), наивысший – в НАО (7,31).

Уровни смертности женщин от рака печени в ЯНАО (3,56 на 100 тыс. нас.) и ЧАО (3,32) незначительно превышают российский показатель (2,39), в то время как в МО (1,67) и НАО (2,16) уровни смертности от рака печени ниже таковых в РФ.

Показатели смертности женщин от рака поджелудочной железы незначительно превышают российский показатель в МО (статистически значимо), НАО и ЯНАО, а в ЧАО уровень смертности почти на 30% ниже, чем в РФ.

Уровни смертности женщин от рака гортани в изучаемых регионах АЗРФ крайне низки (0,11-0,37 на 100 тыс. нас.) и соразмерны показателю РФ (0,17 на 100 тыс. нас.). В НАО за все 24 года наблюдения не было выявлено ни одного случая рака гортани у женщин.

Неординарно выглядит положение дел со смертностью женщин от рака легких в изучаемых регионах АЗРФ: относительно низкие (аналогично РФ) и близкие по величинам показатели в МО, НАО и ЯНАО (5,34-7,23 на 100 тыс. нас.) на фоне весьма высокого (21,38) показателя в ЧАО, который в 3-4 раза (и статистически значимо) превышает уровни в других регионах и в РФ.

Схожая «картина» наблюдается по смертности женщин от меланомы и новообразований лимфатической-кроветворной ткани: наиболее высокие показатели (превышающие уровни в РФ) выявлены в МО, а наименьшие – в НАО и ЧАО (ниже РФ).

Показатели смертности женщин от рака почек в МО, НАО и ЯНАО близки по величинам и незначительно превышают уровень в РФ (1,95 на 100 тыс. нас.), в то время как в ЧАО показатель (1,08) двукратно ниже в сравнении с остальными регионами и РФ.

Уровни смертности женщин от рака мочевого пузыря схожи в МО, ЯНАО и РФ и составляют 0,54-0,71 на 100 тыс. нас.; в НАО и ЧАО показатели несколько выше (1,05 и 1,63 соответственно).

Инверсная (к мочевому пузырю) ситуация наблюдается по смертности женщин от новообразований ЦНС: в НАО и ЧАО показатели (2,32 и 1,40 на 100 тыс. нас. соответственно) несколько ниже уровней в МО, ЯНАО и РФ (2,81-3,01).

Смертность женщин от рака молочной железы во всех четырёх изучаемых регионах АЗРФ не превышает показателя по РФ (15,6 на 100 тыс. нас.); максимальный уровень выявлен в МО, далее по мере убывания следуют ЯНАО, ЧАО и НАО, где регистрируется минимальный уровень смертности (в 1,5 раза ниже МО и РФ).

Показатели смертности женщин от рака шейки матки близки по величине в НАО, МО и РФ (5,04-5,35 на 100 тыс. нас.); в ЯНАО уровень смертности несколько ниже (4,34), а в ЧАО несколько выше (6,31).

Близки по величинам показатели смертности женщин от рака тела матки в МО, ЯНАО, ЧАО и РФ; показатель смертности в НАО (1,69 на 100 тыс. нас.) в 2,5 раза ниже такового в РФ.

Уровни смертности женщин от рака яичников в четырёх изучаемых регионах АЗРФ характеризуются незначительной вариабельностью (4,49-6,24 на 100 тыс. нас.) и соразмерны показателю по РФ (5,42).

Сравнительный анализ среднемноголетней структуры смертности от ЗНО

Мужчины (табл. 1)

Структура смертности мужчин от ЗНО в регионах АЗРФ существенно отличается от таковой в РФ по нескольким локализациям. Если первые два ранговых места как в РФ, так и во всех четырёх изучаемых регионах АЗРФ занимают последовательно легкие и желудок, то начиная с третьего места ситуация в корне меняется.

Третье место в РФ занимает предстательная железа (6,8%), которая во всех регионах АЗРФ занимает гораздо более скромную долю структуры общей онкосмертности: простата в МО находится на 6-ом месте (5,6%), в ЯНАО на 10-ом (3,7%), в НАО на 9-ом (3,5%), в ЧАО на 11-ом (2,5%).

Третьи места в структуре онкосмертности мужчин в регионах АЗРФ занимают: ободочная кишка в МО, поджелудочная железа в ЯНАО и пищевод в НАО и ЧАО, причем доля пищевода в последних двух регионах превышает 7%. При этом пищевод в МО занимает 9-ое место (также, как в РФ), а в ЯНАО – шестое.

Поджелудочная железа у мужчин в ЯНАО занимает 3-ью ранговую позицию, что гораздо выше ее положения в РФ (6-ое место) и в других регионах АЗРФ (5-7 места).

Необходимо отметить, что ободочная кишка у мужчин, находящаяся в РФ на 4-ом месте в структуре онкосмертности, в ЧАО занимает 8-ую позицию. Полость рта, занимающая в РФ 7-ое место, в МО расположена на 4-ом месте, в ЧАО на 5-ом. Лимфатическая-кроветворная ткань в ЯНАО находится на 5-ом месте, а в РФ и других регионах АЗРФ на 7-9 местах.

Весьма высокое 4-ое ранговое место (7%) у мужчин занимает в ЧАО печень, которая в других регионах АЗРФ и в РФ находится лишь на 8-12 позициях.

Женщины (табл. 2)

Структура смертности женщин от ЗНО в МО и ЯНАО в целом соответствует таковой в РФ: в МО с минимальным (на 1-2 ранга) «несовпадением» некоторых локализаций, в ЯНАО со снижением (относительно РФ) позиции прямой кишки с 5-го места до 8-го, и повышением позиции шейки матки с 10-го места до 6-го.

В НАО и ЧАО структура смертности женщин от ЗНО значительно отличается от таковой в РФ, МО и ЯНАО. Первую ранговую позицию занимает в НАО ободочная кишка, а в ЧАО – легкие; вторую позицию в обоих регионах занимает молочная железа, которая в РФ, МО и ЯНАО находится на первом месте.

Желудок, находящийся на 2-3-ей позициях в структуре смертности женщин в РФ, МО, ЯНАО и НАО, в ЧАО располагается на 4-ом месте. ЧАО характеризуется менее высокими ранговыми позициями (в сравнении с другими регионами АЗРФ и с РФ) еще трёх локализаций ЗНО женщин, в частности 10-ой позицией поджелудочной железы (в сравнении с 5-7-ой); 12-ой позицией лимфы-крови (в сравнении с 8-10-ой); 17- ой позицией почки (в сравнении с 11-13-ой).

При этом ЧАО, НАО и ЯНАО характеризуются более высокими (в сравнении с МО и РФ) ранговыми позициями шейки матки (5 место в ЧАО, седьмое в НАО, шестое в ЯНАО, девятое в МО, десятое в РФ) и пищевода (седьмое место в ЧАО, девятое в НАО, четырнадцатое в ЯНАО, шестнадцатые места в МО и РФ).

ОБСУЖДЕНИЕ

Осуществленный за 24-летний период наблюдения сравнительный анализ показателей онкосмертности мужчин и женщин в четырёх регионах АЗРФ, выявил существенные различия между регионами, прежде всего, по уровням смертности от отдельных локализаций ЗНО, продемонстрировав региональную специфику онкосмертности в каждом из четырёх субъектов АЗРФ, вкл. доминирующие для каждого региона причины смертности от ЗНО.

Возникает закономерный вопрос – чем могут быть обусловлены выявленные различия? Рак – полиэтиологическое заболевание, при этом в Арктике присутствует практически вся «палитра» потенциально канцерогенных факторов среды обитания. Холод, провоци­рующий гипофиз на стимуляцию эндокринной сферы, дефицит инсоляции и выраженная сезонная асимметрия светового режи­ма, особо контрастная в периоды «полярного дня» и «полярной ночи», угнетающая выработку эпифизом мелатонина, в совокуп­ности способствуют десинхронизации биоритмов и хроническо­му напряжению психофизиологических адаптационных механиз­мов, постепенному истощению компенсаторных возможностей организма, дизадаптационным сбоям, иммунодефициту, росту заболеваемости и сокращению продолжительности жизни. Дополнительные факторы, связанные с ограниченностью и несбалансированностью рациона питания, дефицитом витами­нов и растительной клетчатки, низкой минерализацией воды, в сочетании с повышенной экспозицией населения к контаминантам глобального, регионального и местного происхождения, предо­пределяют повышенный риск здоровью жителей Арктики [13].

Все вышеперечисленные факторы оказывают (в той или иной степени) воздействие на местных жителей во всех четырёх изучаемых заполярных регионах, однако существует принципиально важное различие между ними – состав населения (табл. 3), который также отражает степень промышленного развития и урбанизации территорий.

Главные отличия между регионами заключаются не столько в численности, сколько в долях (от общего населения) сельского и коренного населения, демонстрирующих, как было показано в разделе «Введение», особенности (в сравнении с городским и некоренным населением) частоты встречаемости отдельных локализаций ЗНО.

Если в МО доля сельского населения минимальна, а доля коренных жителей ничтожна, то в других регионах доли сельского населения возрастают от 16% в ЯНАО до более 30% в НАО и ЧАО, а доли коренного населения увеличиваются от 8% в ЯНАО до 18% в НАО и 31% в ЧАО (табл. 3).

МО и ЯНАО – промышленно и инфраструктурно развитые регионы, имеющие железнодорожное и автомобильное сообщение с центральной Россией, с абсолютным преобладанием городского населения, а НАО и ЧАО - экономически слабо развитые регионы-изоляты, не имеющие никакого сообщения с «Большой землей», кроме авиационного. В НАО и ЧАО почти 1/3 населения – сельское, которое в ЧАО представлено, в основном, коренными жителями (32% vs 31%), а в НАО - наполовину коренными (16% vs 8%), учитывая, что лишь малая часть коренного населения проживает в городах.

Результаты множества исследований демонстрируют, что именно сельское население АЗРФ, включая коренное, характеризуется наиболее высокими показателями алкоголь-атрибутивной смертности, в том числе алкогольных суицидов. Причинами массового алкоголизма в сельской местности российской Арктики, помимо индивидуальных биологических/генетических факторов, являются социальные детерминанты здоровья: образ жизни и среда общения, условия проживания, производственная, социально-экономическая и культурная среда. Алкоголизм в АЗРФ развивается под влиянием комплекса факторов, среди которых существенную роль может играть дефицит возможностей для какой-либо досуговой активности (кроме пьянства), обусловленный низким качеством условий проживания в сельской местности [14].

В НАО в период 2000-2019 наблюдались кратно более высокие среднемноголетние стандартизованные показатели смертности от суицидов и отравлений алкоголем среди мужчин (в сравнении с женщинами), на селе (в сравнении с городом), среди коренного населения (в сравнении с некоренным). Самые высокие уровни смертности от самоубийств и отравлений алкоголем выявлены среди коренного сельского населения, кратно превышающие соответствующие показатели по некоренным селянам, городским ненцам и некоренным горожанам [15].

Международным агентством по изучению рака (МАИР) «установлена причинно-следственная связь между потреблением алкоголя и раком полости рта, глотки, гортани, пищевода, печени, толстой кишки, прямой кишки, и у женщин - молочной железы; предполагается связь с раком поджелудочной железы и легких»⁶. Алкогольные напитки были отнесены МАИР к «канцерогенам для человека, группа 1» [16]. В мировой научной литературе имеется множество работ, подтверждающих канцерогенное действие алкоголя, вкл. эпидемиологические исследования, в т.ч. касающиеся рака пищевода. К сожалению, ограниченный объем настоящей публикации не позволяет рассмотреть данную тему более подробно.

Анализ результатов настоящего исследования в отношении доминирующих для каждого региона локализаций рака позволяет констатировать, что практически все перечисленные МАИР локализации ЗНО, для которых «установлена ​​причинно-следственная связь с потреблением алкоголя», имеют максимальные (среди анализируемых регионов АЗРФ) уровни смертности в НАО и ЧАО как среди мужчин, так и среди женщин. В паре НАО-ЧАО выявлены самые высокие показатели смертности мужчин от рака пищевода и рака легких, и самые высокие показатели смертности женщин от рака пищевода, ободочной кишки, прямой кишки. НАО существенно опережает другие регионы по уровням смертности мужчин от ЗНО пищевода, поджелудочной железы, легких. ЧАО «лидирует» по показателям смертности мужчин от ЗНО печени, и смертности женщин от ЗНО пищевода, ободочной кишки, гортани, легких.

Исключение составляет лишь смертность мужчин от рака полости рта, уровень которой в МО значительно выше, чем в других регионах. По раку ободочной и прямой кишки у мужчин (уровни максимальны в МО), раку полости рта и молочной железы у женщин (максимальны в МО), и раку печени у женщин (максимален в ЯНАО), среднемноголетние показатели смертности несущественно превышают соответствующие показатели в НАО-ЧАО.

Таким образом, обосновано предположение, что в НАО и ЧАО (регионах-изолятах), где велики доли сельского-коренного населения, в силу неблагоприятных условий проживания «интенсивно потребляющего» алкоголь, уровни распространенности ЗНО алкоголь-атрибутивных локализаций закономерно выше, чем в МО и ЯНАО, где преобладает городское-некоренное население, проживающее в более благоприятных условиях, вероятно «сдерживающих» массовую алкоголизацию.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Выполненный сравнительный анализ уровней и структуры (2000-2023) показателей смертности от ЗНО в четырёх регионах АЗРФ и в РФ, продемонстрировал следующее:

Итоги сравнительного анализа уровней (среднемноголетних стандартизованных показателей) онкосмертности:

Общие выводы по всем регионам АЗРФ:

• Уровни общей онкосмертности мужчин в изучаемых регионах АЗРФ убывают в следующем порядке: НАО, МО, ЧАО, ЯНАО; показатели в первых трех регионах незначительно превышают уровень в РФ, а в ЯНАО показатель несколько ниже среднероссийского.
• Уровни общей онкосмертности женщин в МО, НАО, ЯНАО и РФ близки по величинам, и статистически значимо «отстают» примерно на 20% от показателя по ЧАО.
• Показатели смертности от рака пищевода во всех четырёх изучаемых регионах АЗРФ статистически значимо превышают уровень в РФ: у мужчин от 34% в МО до 2,5 крат в НАО, у женщин от 63% в МО до 7,5 крат в ЧАО.
• Уровни смертности женщин от рака ободочной кишки во всех четырёх изучаемых регионах АЗРФ статистически значимо превышают показатель по РФ: от 21% в ЯНАО до69% в ЧАО.
• Показатели смертности от ЗНО женской репродуктивной системы (молочной железы, шейки матки, тела матки, яичников) во всех четырёх изучаемых регионах АЗРФ соразмерны показателю по РФ.

Региональная специфика:

• МО «лидирует» среди регионов АЗРФ и РФ по уровню смертности мужчин от ЗНО полости рта, ободочной кишки, прямой кишки, меланомы кожи, предстательной железы, почки, мочевого пузыря, ЦНС, лимфатической и кроветворной ткани, и по уровню смертности женщин от ЗНО полости рта, меланомы кожи, молочной железы, яичников, лимфатической-кроветворной ткани.
• ЯНАО отличается (в сравнении с тремя регионами АЗРФ и с РФ) самыми низкими среди мужчин показателями общей онкосмертности и смертности мужчин от ЗНО полости рта, желудка, прямой кишки, поджелудочной железы, легких, почки, а также самыми низкими показателями смертности женщин от ЗНО желудка, яичников, шейки матки, мочевого пузыря.

ЯНАО среди других регионов АЗРФ выделяется «лидерством» (с незначительным опережением) только по уровням смертности женщин от ЗНО печени и ЦНС.

• НАО существенно опережает другие регионы АЗРФ и РФ по уровням смертности мужчин от ЗНО пищевода, поджелудочной железы, легких, и незначительно – по уровням смертности женщин от ЗНО прямой кишки, поджелудочной железы и почки.

НАО «занимает вторые места» по показателям смертности мужчин от ЗНО ободочной кишки, прямой кишки, гортани, и по показателям смертности женщин от ЗНО пищевода (в 5,5 крат выше уровня РФ), желудка, яичников, мочевого пузыря.

НАО наряду с ЧАО, отличается наименее высокими показателями смертности мужчин от меланомы кожи, рака предстательной железы, мочевого пузыря, ЦНС, а также почки (наряду с ЯНАО), и наименьшими показателями смертности женщин от ЗНО гортани, молочной железы и лимфатической-кроветворной ткани.

• ЧАО характеризуется наиболее высокими показателями смертности мужчин (существенно превышающими таковые в других регионах АЗРФ и в РФ) от ЗНО желудка и печени, и «занимает вторые места» по опухолям пищевода и меланоме кожи у мужчин.

ЧАО отличается наиболее высоким (примерно на 20% выше в сравнении с тремя регионами АЗРФ и с РФ) показателем общей онкосмертности женщин; различия статистически значимы.

ЧАО «лидирует» по показателям смертности женщин от ЗНО пищевода (в 7,5 крат выше уровня РФ), желудка, ободочной кишки (на 70% выше уровня РФ), гортани, легких (в 3,8 крат выше уровня РФ), шейки матки, тела матки, мочевого пузыря. ЧАО «занимает вторые места» по уровням смертности женщин от ЗНО прямой кишки и печени.

ЧАО отличается наименьшими показателями смертности мужчин от ЗНО ободочной кишки, гортани, лимфатической и кроветворной ткани, а также наименьшими показателями смертности женщин от рака поджелудочной железы, меланомы кожи, и опухолей ЦНС.

• в НАО и ЧАО наблюдается определенная «парность» величин показателей смертности:

В паре НАО-ЧАО выявлены самые высокие (1-2 места среди четырёх регионов АЗРФ + РФ) показатели смертности мужчин от рака пищевода и рака легких, и самые высокие показатели смертности женщин от рака пищевода, желудка, ободочной кишки, прямой кишки, мочевого пузыря.

В паре НАО-ЧАО выявлены самые низкие (4-5 места среди регионов АЗРФ + РФ) показатели смертности мужчин от меланомы кожи, рака предстательной железы, мочевого пузыря и ЦНС, и самые низкие показатели смертности женщин от меланомы кожи, опухолей молочной железы, ЦНС и лимфатической-кроветворной ткани.

Итоги сравнительного анализа среднемноголетней структуры онкосмертности:

• структура смертности мужчин от ЗНО в регионах АЗРФ существенно отличается от таковой в РФ по нескольким локализациям. Если первые два ранговых места как в РФ, так и во всех четырёх изучаемых регионах АЗРФ занимают последовательно легкие и желудок, то начиная с третьего места ситуация в корне меняется.
• структура онкосмертности мужчин в МО в целом соответствует таковой в РФ (за исключением некоторого «смещения» позиций простаты «вниз» и полости рта – «вверх»); в других регионах АЗРФ наблюдаются принципиальные отличия от РФ ранговых позиций ряда локализаций ЗНО. Это, прежде всего, пищевод, занимающий в ЯНАО, НАО и ЧАО гораздо более солидную долю структуры смертности, особенно в НАО и ЧАО (третьи ранговые места), а также поджелудочная железа в ЯНАО (третье место), и печень в ЧАО (четвертое место). Примечательно, что простата во всех регионах АЗРФ значительно «смещена вниз» в ранговой иерархии (с третьего места в РФ на 9-11 позиции в ЯНАО, НАО и ЧАО).
• Структура онкосмертности женщин в МО и ЯНАО в целом аналогична таковой в РФ: в МО с минимальным (на 1-2 ранга) «несовпадением» некоторых локализаций, в ЯНАО со снижением (относительно РФ) позиции прямой кишки с 5-го места до 8-го, и повышением позиции шейки матки с 10-го места до 6-го.
• В НАО и ЧАО структура онкосмертности женщин значительно отличается от РФ, МО и ЯНАО. Первую ранговую позицию занимает в НАО ободочная кишка, а в ЧАО – легкие; вторую позицию в обоих регионах занимает молочная железа, которая в РФ, МО и ЯНАО находится на первом месте.
• ЧАО характеризуется менее высокими ранговыми позициями (в сравнении с другими регионами АЗРФ и с РФ) нескольких локализаций ЗНО женщин: желудка, поджелудочной железы; лимфатической-кроветворной тканей и почек.
• ЧАО и НАО характеризуются высокими (в сравнении с другими регионами АЗРФ и с РФ) ранговыми позициями шейки матки (наряду с ЯНАО) и пищевода у женщин (седьмое место в ЧАО, девятое в НАО).

Итоги сравнительного анализа среднемноголетних стандартизованных показателей смертности от ЗНО алкоголь-атрибутивных локализаций:

Установлено, что практически все локализации ЗНО, для которых МАИР «установлена причинно-следственная связь с потреблением алкоголя», имеют максимальные (среди анализируемых регионов АЗРФ) уровни смертности в НАО и ЧАО, как среди мужчин, так и среди женщин. Обосновано предположение, что в НАО и ЧАО, где велики доли сельского-коренного населения, которое в силу неблагоприятных условий проживания «интенсивно потребляет» алкоголь, уровни распространенности ЗНО алкоголь-атрибутивных локализаций закономерно выше, чем в МО и ЯНАО, где преобладает городское-некоренное население, проживающее в более благоприятных условиях, вероятно «сдерживающих» массовую алкоголизацию.

ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ

Вклад авторов. А.А. Дударев - разработка идеи, концепции и дизайна, анализ научной литературы, статистическая обработка данных, подготовка первичной и итоговой версий статьи; А.В. Дождиков – сбор и обработка первичных данных, статистическая обработка данных, подготовка первичной и итоговой версий статьи; А.А. Степанян - сбор и обработка первичных данных, статистическая обработка данных. Все авторы одобрили рукопись (версию для публикации), а также согласились нести ответственность за все аспекты настоящей работы, гарантируют надлежащее рассмотрение и решение вопросов, связанных с точностью и добросовестностью любой её части.

Этическая экспертиза. Не требуется, т.к. исследование проведено на обезличенных официальных статистических данных.

Источники финансирования. Статья подготовлена в ходе выполнения в Федеральном бюджетном учреждении науки «Северо-Западный научный центр гигиены и общественного здоровья» текущей темы НИР «Научное обоснование дифференцированных мер профилактики повышенных уровней отдельных причин смертности населения регионов, целиком входящих в Арктическую зону Российской Федерации, на основе сравнительного анализа уровней и структуры смертности от внешних причин и злокачественных новообразований (в период 2000-2024)» в рамках п. 1.2.1 Отраслевой научно-исследовательской программы Роспотребнадзора на 2021-2025 гг. «Научное обоснование национальной системы обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия, управления рисками здоровью и повышения качества жизни населения России».

Раскрытие интересов. Авторы заявляют об отсутствии отношений, деятельности и интересов за последние три года, связанных с третьими лицами (коммерческими и некоммерческими организациями), интересы которых могут быть затронуты содержанием статьи.

Оригинальность. При проведении исследования и создании настоящей статьи авторы не использовали ранее полученные и опубликованные сведения (данные, текст, иллюстрации).

Доступ к данным. Все данные, полученные в настоящем исследовании, представлены в статье.

Генеративный искусственный интеллект. При создании настоящей статьи технологии генеративного искусственного интеллекта не использовали.

Рассмотрение и рецензирование. Настоящая работа подана в журнал в инициативном порядке.

ADDITIONAL INFORMATION

Author contribution. A.A. Dudarev - development of idea, concept and design, scientific literature review, statistical data processing, preparation of the primary and final versions of the article; A.V. Dozhdikov – collection of primary data, statistical data processing, preparation of the primary and final versions of the article; A.A. Stepanyan - collection of primary data, statistical data processing. All authors have approved the manuscript (version for publication) and also agreed to be accountable for all aspects of this work, and guarantee that questions related to the accuracy and integrity of any part of it will be appropriately reviewed and resolved.

Ethics approval. Not required, since the study was conducted using anonymized official statistical data.

Funding sources. The article was prepared in the course of implementation in the Northwest Public Health Research Center the current research term “Scientific substantiation of differentiated measures for the prevention of elevated levels of individual causes of mortality among the population of regions entirely included in the Arctic zone of the Russian Federation, based on a comparative analysis of the levels and structure of mortality from external causes and malignant neoplasms (in the period 2000-2024)" within the framework of the item 1.2.1 of the Rospotrebnadzor research program for 2021-2025 “Scientific grounding for the national system for provision of sanitary-epidemiological well-being, health risks management and improving life quality of the population of the Russian Federation”.

Disclosure of interests. The authors declare that they have no relationships, activities or interests over the past three years related to third parties (commercial and non-commercial organizations) whose interests may be affected by the content of the article.

Originality. When conducting the research and creating this article, the authors did not use previously obtained and published information (data, text, illustrations).

Data access. All data obtained in this study are presented in the article.

Generative Artificial Intelligence. No generative artificial intelligence technologies were used in the creation of this article.

Review and consideration. This work has been submitted to the journal on an initiative basis.

 

¹ Указ Президента Российской Федерации от 7 мая 2024 г. № 309 «О национальных целях развития Российской Федерации на период до 2030 года и на перспективу до 2036 года». Дата обращения: 28.08.2025. Доступ по ссылке: https://base.garant.ru/408992634/.

² Единый план по достижению национальных целей развития Российской Федерации до 2030 года и на перспективу до 2036 года (утверждён Правительством Российской Федерации 9 января 2025). Дата обращения: 28.08.2025. Доступ по ссылке: https://www.garant.ru/products/ipo/prime/doc/411156963/.

³ Указ Президента Российской Федерации от 26 октября 2020 г. № 645 «О Стратегии развития Арктической зоны Российской Федерации и обеспечения национальной безопасности на период до 2035 года». Дата обращения: 28.08.2025. Доступ по ссылке: https://base.garant.ru/74810556/.

⁴ Злокачественные новообразования в России (заболеваемость и смертность) / под ред. А.Д. Каприна [и др.] − М.: МНИОИ им. П.А. Герцена. Дата обращения: 28.08.2025. Доступ по ссылке: https://oncology.ru/service/statistics/malignant_tumors/

⁵ Российская база данных по рождаемости и смертности. Центр демографических исследований Российской экономической школы, Москва (Россия). База данных доступна по адресу https://www.nes.ru/demogr-fermort-data. Данные скачаны 15.02.2025.

⁶ Alcohol and cancer. International Agency for Research on Cancer. Режим доступа: https://www.iarc.who.int/reference/alcohol-and-cancer/ Дата обращения: 28.08.2025.

ТАБЛИЦЫ

Таблица 1. Структура смертности от ЗНО среди мужчин четырёх регионов АЗРФ и РФ в период 2000-2023

Table 1. Structure of mortality from MN among the males of four regions of AZRF and RF in the period 2000-2023

Мужчины / Male	РФ/RF		МО/MO		ЯНАО/ YNAO		НАО/NAO		ЧАО/ ChAO
	ранг/ rank	%	ранг/ rank	%	ранг/ rank	%	ранг/ rank	%	ранг/ rank	%
Трахея, бронхи, легкое/ Trachea, bronchus, lung (С33,34)	1	27,3	1	26,6	1	28,5	1	35,3	1	31,7
Желудок / Stomach (С16)	2	12,3	2	12,0	2	10,7	2	10,9	2	14,0
Простата / Prostate (С61)	3	6,8	6	5,6	10	3,7	9	3,5	11	2,5
Ободочная кишка / Colon (С18)	4	5,9	3	6,8	4	5,7	4	6,7	8	4,2
Прямая кишка, ректосигмоидное соединение, анус / Rectum, rectosigmoid junction, anus (С19-21)	5	5,3	7	5,5	7	4,7	6	4,9	6	4,6
Поджелудочная железа / Pancreas (С25)	6	5,3	5	5,6	3	5,9	5	5,9	7	4,6
Губа, полость рта, глотка / Lip, oral cavity, pharynx (С00-14)	7	4,7	4	5,7	9	4,5	8	4,2	5	4,6
Лимфатическая и кроветворная ткань / Lymphoid and haematopoietic tissue (С81-96)	8	4,7	8	5,3	5	5,1	7	4,6	9	3,1
Пищевод / Oesophagus (С15)	9	3,4	9	4,5	6	5,0	3	7,4	3	7,1
Печень, внутрипечёночные желчные протоки / Liver and intrahepatic bile ducts (С22)	10	3,4	11	2,8	8	4,7	12	2,1	4	7,0
Мочевой пузырь / Bladder (С67)	11	3,4	12	2,7	14	2,6	13	1,8	13	2,0
Почка / Kidney (С64)	12	3,3	10	3,7	11	3,7	10	2,9	10	2,7
Гортань / Larynx (С32)	13	2,7	14	2,1	13	2,6	11	2,7	12	2,1
Головной мозг и другие отделы ЦНС / Brain and other parts of CNS (С70-72)	14	2,2	13	2,5	12	2,9	14	1,3	14	1,7
Меланома кожи / Melanoma of skin (С43)	15	1,0	15	1,3	15	1,3	15	0,7	15	0,8

 

 

 

Таблица 2. Структура смертности от ЗНО среди женщин четырёх регионов АЗРФ и РФ в период 2000-2023

Table 2. Structure of mortality from malignant neoplasms among the females of four regions of AZRF and RF in the period 2000-2023

Женщины / Female	РФ/RF		МО/MO		ЯНАО/ YNAO		НАО/NAO		ЧАО/ ChAO
	ранг/ rank	%	ранг/ rank	%	ранг/ rank	%	ранг/ rank	%	ранг/ rank	%
Молочная железа / Breast (С50)	1	16,7	1	16,5	1	18,4	2	11,7	2	13,7
Желудок / Stomach (С16)	2	10,6	3	10,3	2	9,0	3	11,3	4	9,2
Ободочная кишка / Colon (С18)	3	9,4	2	10,6	3	8,5	1	11,8	3	9,7
Трахея, бронхи, легкое/ Trachea, bronchus, lung (С33,34)	4	6,8	6	6,3	4	7,3	6	6,6	1	16,6
Прямая кишка, ректосигмоидное соединение, анус / Rectum, rectosigmoid junction, anus (С19-21)	5	6,1	4	6,8	8	5,2	4	9,3	6	6,0
Поджелудочная железа / Pancreas (С25)	6	6,1	7	6,2	7	5,7	5	6,8	10	3,3
Яичник / Ovary(С56)	7	5,7	5	6,6	5	6,2	8	5,6	9	3,8
Лимфатическая и кроветворная ткань / Lymphoid and haematopoietic tissue (С81-96)	8	5,5	8	6,2	9	5,2	10	3,8	12	3,1
Тело матки / Corpus uteri (С54,55)	9	4,9	10	3,9	10	4,5	14	2,0	8	4,1
Шейка матки / Cervix uteri (С53)	10	4,7	9	4,9	6	6,0	7	5,8	5	6,8
Печень, внутрипечёночные желчные протоки / Liver and intrahepatic bile ducts (С22)	11	3,0	13	1,9	11	3,6	13	2,3	11	3,2
Головной мозг и другие отделы ЦНС / Brain and other parts of CNS (С70-72)	12	2,6	12	2,4	12	3,5	12	2,4	13	1,9
Почка / Kidney (С64)	13	2,4	11	2,5	13	2,5	11	2,6	17	1,2
Губа, полость рта, глотка / Lip, oral cavity, pharynx (С00-14)	14	1,3	14	1,8	15	1,5	15	1,8	14	1,4
Меланома кожи / Melanoma of skin (С43)	15	1,3	15	1,6	16	1,4	17	1,0	15	1,4
Пищевод / Oesophagus (С15)	16	1,1	16	1,5	14	2,2	9	5,4	7	5,4
Мочевой пузырь / Bladder (С67)	17	1,0	17	0,8	17	0,6	16	1,4	16	1,3
Гортань / Larynx (С32)	18	0,2	18	0,1	18	0,2	18	0,0	18	0,6

 

 

 

Таблица 3. Численность и состав населения четырёх изучаемых регионов АЗРФ; данные усреднены по трем Всероссийским переписям 2002, 2010 и 2021 годов.

Table 3. The number and composition of the population of the four studied regions of AZRF; data averaged over three All-Russian censuses of 2002, 2010 and 2021.

Регион АЗРФ/ AZRF region	Общая численность населения, (тыс. чел.) / Total population number (thousand people)	Численность сельского населения, (тыс. чел.) / Rural population number (thousand people)	Доля сельского населения / Percentage of rural population	Численность коренного населения, (тыс. чел.) / Indigenous population number (thousand people)	Доля коренного населения / Percentage of indigenous population
МО / MO	797,0	63,8	8,0%	1,5	0,2%
ЯНАО / YNAO	538,6	84,1	15,6%	42,1	8,2%
НАО / NAO	42,9	13,3	30,9%	7,3	17,6%
ЧАО / ChAO	50,2	16,0	31,9%	15,8	31,3%

РИСУНКИ

Рис. 1. Среднемноголетние (2000-2023) стандартизованные по возрасту показатели общей онкосмертности и смертности от ЗНО полости рта, пищевода, желудка, ободочной кишки и прямой кишки населения четырёх регионов АЗРФ и РФ (с обозначением 95% ДИ).

Fig. 1. Average annual (2000-2023) age-standardized rates of overall cancer mortality and mortality from cancer of the oral cavity, esophagus, stomach, colon and rectum in the population of four regions of AZRF and RF (with 95% CI).

Рис. 2. Среднемноголетние (2000-2023) стандартизованные по возрасту показатели смертности от ЗНО печени, поджелудочной железы, гортани, легких, меланомы кожи и ЦНС населения четырёх регионов АЗРФ и РФ (с обозначением 95% ДИ).

Fig. 2. Average annual (2000-2023) age-standardized mortality rates from cancer of the liver, pancreas, larynx, lungs, skin melanoma and central nervous system in the population of four regions of AZRF and RF (with 95% CI).

Рис. 3. Среднемноголетние (2000-2023) стандартизованные по возрасту показатели смертности от ЗНО почек, мочевого пузыря, лимфатической-кроветворной ткани, простаты, молочной железы, шейки матки, тела матки и яичников населения четырёх регионов АЗРФ и РФ (с обозначением 95% ДИ).

Fig. 3. Average annual (2000-2023) age-standardized mortality rates from cancer of the kidneys, bladder, lymphatic-hematopoietic tissue, prostate, mammary gland, cervix, uterine body and ovaries in the population of four regions of AZRF and RF (with 95% CI).

About the authors

Alexey V. Dozhdikov

NORTH-WEST PUBLIC HEALTH RESEARCH CENTER

Author for correspondence.
Email: aleksejdozhdikov@yandex.ru
ORCID iD: 0000-0001-7286-7648
SPIN-code: 9959-9339

младший научный сотрудник отделения гигиены окружающей среды отдела гигиены

Russian Federation, 191036, Россия, Санкт-Петербург, ул. 2-я Советская, 4

Alex A. Stepanyan

NORTH-WEST PUBLIC HEALTH RESEARCH CENTER

Email: a.stepanian78@gmail.com
ORCID iD: 0000-0002-8153-1131
SPIN-code: 3418-0231

младший научный сотрудник отделения коммунальной гигиены отдела гигиены

Russian Federation, 191036, Россия, Санкт-Петербург, ул. 2-я Советская, 4

References

Supplementary files