ROLE OF SOCIAL ENVIRONMENTS FOR SCREENING OF THE ELDERLY MENTAL HEALTH IN THE CONDITIONS OF THE RUSSIAN ARCTIC ZONE

Abstract


The share of the elderly population in Russia has been growing in recent years, which necessitates the search for new ways to improve the efficiency of medical, psychological and social services to assess the mental health condition of elderly people and directions of its preservation, taking into account national, historical features and social conditions. The aim of the study was the methodological substantiation of the use of new socially-conditioned approaches to ensure the early detection of mental disorders in the elderly in the Arctic territories of Russia. Subjective and objective difficulties of detection of mental disorders and specific "stresses of old age" reducing the quality of life level are systematized. Four directions of activity on strengthening of elderly persons mental health taking into account social and demographic structure, cultural and gender traditions, special value of a family and the related relations and other specific features of accommodation in the conditions of the Arctic zone are proved: shift of emphasis in primary and secondary preventive and diagnostic activity from psychiatric services to doctors of primary link and specialists in the sphere of rendering social services; training in the use of specialists in screening tools; psychological preparation of the relatives of the possession of screening simplest methods for mental activity disorders in persons of advanced age; involvement in the care of older people with mental health problems members of the foster - adoptive families. The basic prognostic factors of preservation and strengthening of senior age group representatives of the mental health are defined. The great social importance of the introduction of early screening of changes in mental functions in the elderly to improve the integrative indicator of their quality of life as a level of comfort in interaction with the micro-social environment, in the framework of the implementation of the basic provisions of the concept of active and healthy longevity.

Full Text

Согласно прогностическим данным европейских демографических исследований доля лиц пожилого возраста в Европе увеличится к 2060 г. до 29 % [7, 10]. Доля пожилого населения в России составляет в настоящее время 24,6 % и в последние годы также растет, в основном за счет роста продолжительности жизни [3]. Это рождает необходимость поиска новых направлений в повышении эффективности работы медико-психологических и социальных служб с категорией граждан старшей возрастной группы и максимальном продлении социальной активности стремительно стареющего населения [6]. Старость приносит с собой проблемы, связанные с изменением привычных жизненных стандартов, болезнями, душевными переживаниями, которые рассматриваются в качестве важных факторов риска социального неблагополучия на макро-, микросо-циальном и личностном уровнях. Так, прекращение трудовой деятельности с выходом на пенсию серьезно меняет ценностные приоритеты, образ жизни, общение и нередко является причиной целого ряда проблем с психическим здоровьем. Снижение адаптационных возможностей, а также изменения в социальном положении в совокупности приводят к существенной трансформации психической деятельности: частота распространенности психических расстройств среди лиц пожилого возраста достигает 40-74 % случаев [4]. В связи со старением населения международные эксперты ожидают роста числа пожилого населения, имеющего психические нарушения, в разных странах [16], поэтому все большее значение приобретает ранняя оценка состояния психического здоровья представителей старшей возрастной группы и направлений его сохранения с учетом национальных, исторических особенностей и социальных условий проживания. Целью исследования явилось методологическое обоснование использования новых социально обусловленных подходов к обеспечению раннего выявления психических расстройств у лиц пожилого возраста в приарктических территориях России. В Глобальной стратегии и плане действий по старению и здоровью Всемирной организации здравоохранения [8, 15] решение проблемы видится в том, чтобы способствовать здоровому и производительному старению и приспособить социальные структуры и политику к включению лиц пожилого и старческого возраста в общество. Тем не менее на практике встречаются многочисленные субъективные и объективные сложности выявления психических нарушений у лиц старшей возрастной группы, связанные: • с малозаметной начальной симптоматикой; • медленным, но прогредиентным развитием заболеваний; • наличием проблем памяти с невозможностью оценить свое состояние; • постепенным присоединением к психическим соматических и неврологических расстройств, маскирующих изменения психических функций; • различным «размахом» изменений - от легкого снижения уровня личности до глубокого распада психической деятельности. Дополняет сложности диагностического и в дальнейшем лечебно-реабилитационного процесса социально обусловленное начало алкоголизации и наличие специфических «стрессов пожилого возраста», которые на фоне индивидуальных психологических особенностей личности значительно снижают уровень качества жизни, что не всегда адекватно осознается респондентами [1]. Среди этих «стрессов пожилого возраста»: • нарастающая «социальная изоляция» в связи с прекращением активной трудовой деятельности (уход на пенсию, ограничение контактов); • утрата близких людей, вдовство; • ухудшение материального положения с потерей былых доходов; • трудности, связанные с сохранением своей занятости или устройством на новую работу; • неудовлетворенность прошлым и/или настоящим, особенно при появлении свободного времени; • и как следствие, ощущение себя категорией «ненужных и неполноценных». Нередко в силу сложившегося стереотипа имеет место и сокрытие микросоциальным окружением нарастающих у пожилого человека проблем и приписывание многих изменений - бессонницы, депрессии, беспокойства и другого - возрастным особенностям, что провоцирует пассивное отношение к процессу ухудшения психического состояния родственника. Ситуация усугубляется и отсутствием углубленных знаний у медицинских работников первичного звена о психических изменениях в генезе различных заболеваний лиц пожилого возраста и невозможности оперативной консультации с врачом-психиатром. Наибольшие сложности возникают в отдаленных регионах приарктической зоны, являющихся малозаселенными, труднодоступными в связи с большими расстояниями и отсутствием постоянно действующей транспортной инфраструктуры. В связи с этим контакты с представителями психиатрической службы обычно начинаются лишь тогда, когда у пожилого пациента уже есть явные признаки нарушений психического здоровья и прогноз лечения является неопределенным, что соответственно приводит к ухудшению внутрисемейных отношений и ложится тяжелой нагрузкой на микросоциальное окружение. В данной ситуации для прорыва социальной обреченности наиболее перспективной является работа по следующим четырем направлениям. Во-первых, перенос акцента в первичной и вторичной профилактической, а также диагностической деятельности с психиатрических служб, к которым в силу известной стигматизации не ожидается повышения обращений, на врачей первичного звена, работающих в области семейной медицины, а также на специалистов в сфере оказания социальных услуг. 61 Методология научных исследований Экология человека 2019.02 Несомненно, это обусловливает необходимость повышения эффективности целенаправленного последипломного образования в области психогеронтологии, нацеленного на внедрение активного психосоциального консультирования. В реализации данного направления важен учет европейского опыта подготовки специалистов - с возможностью организации междисциплинарных тренингов для медиков, психологов, социальных работников с учетом региональных, культуральных и транскультуральных аспектов преподавания [14]. При обучении психотерапевтическим методикам приоритет в данном случае отдается симптомо- и проблемно ориентированным, когнитивно-поведенческим, позитивным и рационально-разъяснительным направлениям в рамках индивидуальной и семейной форм работы. Во-вторых, актуальным является обучение специалистов правилам пользования скринирующими инструментами. С учетом того, что к основным категориям жизнедеятельности человека относятся способность к самообслуживанию, самостоятельному передвижению, ориентации, общению, обучению, трудовой деятельности, а также возможности контролировать свое поведение, качественная количественная оценка степени выраженности стойких нарушений психических функций пожилого человека в первую очередь ориентирована на диагностику когнитивной, эмоциональной, ценностно-мотивационной сфер, психосоматической патологии и качества жизни с внедрением методических разработок для врачей общей практики, поддерживаемых на федеральном уровне Геронтологическим обществом Российской академии наук [5]. Например, в связи со снижением скорости восприятия и анализа информации, повышенной истощаемости внимания пожилых лиц подбор диагностических методов рекомендуется с использованием заданий с меньшим количеством вопросов, предпочтением короткого времени их проведения, использованием упрощенных для восприятия и в основном требующих выбора из предложенных вариантов. В-третьих, принципиально необходима психологическая подготовка родственников с обучением их владению простейшими приемами скрининга нарушений психической деятельности у лиц пожилого возраста с разработкой «критериев старта» для контакта с медицинскими и социальными службами. Перспективным является проведение в рамках «университетов здоровья» обучающих семинаров и разработка практических рекомендаций для родственников по профилактике когнитивных и эмоциональных нарушений лиц пожилого возраста, включающих базовые сведения о депрессии, деменции и простые методические приемы по их профилактике, тренировке памяти, правильному питанию и адаптивной физической культуре, а также информация о возможности адресного обращения к специалистам с учетом специфики выявленных или нарастающих психических изменений. В-четвертых, принципиально важным является привлечение к уходу за лицами пожилого возраста с психическими расстройствами членов приемных - фостерных семей - быстро развивающейся инновационной формы социального обслуживания, особенно активно действующей в сельских и отдаленных территориях Европейского Севера России [2]. Учитывая, что малозаселенные сельские районы занимают до 70 % площади страны, а с годами доля лиц старческого возраста, нуждающихся в помощи, быстро нарастает - около 86 % 80-летних и старше лиц нуждаются в персональной помощи, проблема региональных аспектов геронтосоциальной политики в арктических и субарктических территориях стоит очень остро. В то же время сельские места компактного проживания населения на Севере характеризуются высоким уровнем интеграции пожилых людей, отличиями ключевых факторов качества жизни, которые связаны с социально-демографической структурой, культурно-гендерными традициями, особой ценностью семьи и родственных отношений, что помогает созданию сетей неформального ухода (соседи, друзья), частично компенсирующих недостаточность или отсутствие официальных услуг по уходу. Привлечение членов приемной семьи к оказанию помощи представителям старшей возрастной группы с признаками нарушения психического здоровья должно основываться на обучении умению общения с ними и профилактике социального одиночества с использованием методик семейной и позитивной психотерапии [11]. Применение описанного алгоритма использования социально обусловленных подходов к обеспечению раннего выявления психических расстройств у лиц пожилого возраста основано на принципах междисциплинарных проектов Европейского Союза - «Социальные инновации, обеспечивающие активное и здоровое долголетие» (INNOVAGE, 2012-2015) [11], «Мобилизация потенциала активного долголетия в Европе» (MOPACT, 2013-2016) [12] и «Сокращение социальной изоляции пожилых людей: сотрудничество в области исследований и политики» (ROSEnet, 2016-2019) [9]. В качестве социальных инноваций в проектах рассматриваются идеи, продукты, услуги или модели, которые могут применяться в новых контекстах, предназначенных для улучшения качества жизни людей по мере того, как они стареют, в контексте региональных и социальных условий жизнедеятельности. Широкое внедрение предложенного подхода позволяет выявить уровень психического здоровья у лиц пожилого возраста с уточнением региональной картины распространенности психических расстройств в старшей возрастной группе (например, с реальной оценкой их низкой выявляемости в сельских северных районах), оценивать потребность в уходе с учетом основных прогностических факторов сохранения и укрепления психического здоровья, среди которых: • сохранение положительных социальных установок; 62 Экология человека 2019.02 Методология научных исследований • отсутствие утраты стереотипа активной деятельности; • отсутствие грубой деформации личности; • преодоление анозогнозии заболевания; • коррекция дисгармоничных межличностных и семейных отношений. Осуществление раннего скрининга изменений психических функций имеет большое медико-социальное, экономическое и политическое значение, особенно в отдаленных арктических территориях, способствуя оценке как уровня психического здоровья представителей старшей возрастной группы, так и потребности их в уходе, разработке групповых и индивидуальных маршрутов первичной и вторичной профилактической работы, а также повышению эффективности проведения медико-социальной реабилитации применительно к реальным условиям проживания. Это позволяет рассматривать интегративный показатель качества жизни лиц пожилого возраста не только как степень удовлетворения своим физическим, психическим и социальным состоянием, но и как уровень комфортности во взаимодействии с микросоциальным окружением в рамках реализации основных положений концепции активного и здорового долголетия. Авторство Соловьев А. Г. внес существенный вклад в концепцию и дизайн исследования, окончательно утвердил присланную в редакцию рукопись; Голубева Е. Ю. внесла существенный вклад в подготовку первого варианта рукописи и интерпретацию результатов; Пезешкиан Х. внес существенный вклад в редактирование присланной в редакцию рукописи. Соловьев Андрей Горгоньевич - SPIN 2952-0619; ORCID 0000-0002-0350-1359 Голубева Елена Юрьевна - ORCID 0000-0002-4791-258X

About the authors

A G Soloviev

Northern State Medical University

Email: ASoloviev1@yandex.ru
Arkhangelsk, Russia

E Yu Golubeva

M.V. Lomonosov Northern (Arctic) Federal University

Arkhangelsk, Russia

H Peseschkian

Wiesbaden Academy of Psychotherapy

Wiesbaden, Germany

References

  1. Голубева Е. Ю., Соловьев А. Г. Социально-политические и медицинские аспекты употребления алкоголя в старшем возрасте как фактор риска // Журнал исследований социальной политики. 2018. Т. 16, № 1. С. 41-54.
  2. Голубева Е. Ю., Хабарова Л. Г., Соловьев А. Г. Приемная семья как новая технология ухода в политике активного старения в отдаленных северных территориях // Экология человека. 2017. № 11. С. 42-46.
  3. Российский статистический ежегодник. 2017: Стат. сб. / Росстат. М., 2017.
  4. Сиденкова А. П. Психосоциальная модель поздних деменций: автореф. дис.. д-ра мед. наук. Томск, 2010. 52 с.
  5. Соловьев А. Г., Новикова И. А., Местечко В. В. Диагностика когнитивной сферы у лиц пожилого возраста // Успехи геронтологии. 2015. № 2. С. 366-371.
  6. Стратегия действий в интересах граждан пожилого возраста до 2025 г.: Распоряжение Правительства Российской Федерации от 5.02.2016 г. № 164-р. URL: http://base.garant.ru/71322816 (дата обращения: 05.10.2018)
  7. Хавинсон В. Х., Бенберин В. В., Михайлова О. Н., Сидоренко А. В. Старение в странах с развивающейся экономикой: вызовы и возможности // Управленческое консультирование. 2015. № 11 (83). С. 50-58.
  8. Aging population poses problems for health // Bulletin of the World Health Organization. 2012. Vol. 90 (2). P 77-156. URL: http://www.who.int/bulletin/volumes/90/2/12-020212/ru. (accessed: 05.10.2013)
  9. Draulans V., Hlebec,V., Maskeliunas R., Siren A., Lamura G. (2017). Exclusion from Services Knowledge Synthesis Paper. ROSEnet Services Working Group, Knowledge Synthesis Series: No. 3. CA 15122 Reducing Old-Age Exclusion: Collaborations in Research and Policy. URL: http://rosenetcost.com/knowledge-synthesis-papers/ (accessed: 01.11.2018).
  10. Eurostat (2014). Eurostat regional yearbook. URL: http://ec.europa.eu/eurostat/documents/3217494/5786129/KS-HA-14-001-00-EN.PDF (дата обращения: 03.10.2018)
  11. Measuring social innovation and HLE. URL: http://www.innovage.group.shef.ac.uk/events/2014/03/19/innovage-stakeholder-forum-2/ (accessed: 15.06.2014)
  12. MOPACT’s core theme is focused on realizing active and healthy ageing as an asset. URL: http://mopact.group.shef.ac.uk/about/key-projects. (accessed: 01.08.2015)
  13. Peseschkian H., Remmers A. Positive Psychotherapie. In der Buchreihe «Wege der Psychotherapie». Reinhardt Verlag München, 2013.
  14. Peseschkian H. Positive Psychosomatik. Die Anwendung der Positiven Psychotherapie in der Psychosomatischen Medizin. Erfahrungsheilkunde // EHK. 2015. Bd. 64. S. 314-322.
  15. WHO Global Strategy and Action Plan on Ageing and Health, 2014. URL: http://www.who.int/ageing/globalstrategy/en/ (дата обращения: 28.09.2018)
  16. Wu Li-Tzy, Blazer D. G. Substance use disorders and psychiatric comorbidity in mid and later life: a review // International Journal of Epidemiology. 2014. N 2. P. 302-317.

Statistics

Views

Abstract - 136

Cited-By


PlumX

Dimensions

Refbacks

  • There are currently no refbacks.

Copyright (c) 2019 Human Ecology

This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies