Changes in complex bioclimatic indicators in Crimea since the middle of the 20th century



Cite item

Abstract

BACKGROUND: Observed global climate changes can significantly influence on the regional climate anomalies and recreational conditions over the Crimean peninsula.

AIM: To study the features of complex bioclimatic indicators changes for the entire territory of Crimea over a multidecadal period and to show the possible way of recreational activities development associated with these changes.

MATERIAL AND METHODS: For calculations, daily hydrometeorological data for each month from the archive of observations at the network of European weather stations E-OBS (v17.0) from 22 stations and NCEP/NCAR R1 reanalysis for the period 1950–2018 were used. Verification was carried out on the basis of an open base of station observations of the Crimea for 2005–2018. To assess the impact of climate change on the human body, the equivalent effective temperature (EET), the normal equivalent effective temperature (NEET), the weight content of oxygen in the air (ρO2), wet index (Hw) and dry index (S) of wind chill were calculated. The features of their linear trends for each month are studied and analysed for the areas of the Crimean peninsula territory.

RESULTS: Analyses of the bioclimatic indicators trends month by months demonstrates the tendencies to increase or to decrease in recreational comfort in certain seasons. The most pronounced positive NEET trends over the Crimea are in the winter-spring. It indicates an improvement of the complex recreational conditions in the recent decades and the possibility to extend the duration of the holiday season. The pO2, Hw and S indices have opposite tendencies throughout the year (except for December). According to the pO2 index, in the period from August to October, there is an increase in the risk of sweltering weather over the Crimea. Windy and uncomfortable bioclimatic conditions tend to increase in the steppe part of Crimea in December.

CONCLUSION: The revealed patterns of bioclimatic indicators changes can be a regulatory factor for organization and carrying out of recreational activities over the territory of Crimea and thus ensure the duration of the recreational period.

Full Text

ВВЕДЕНИЕ

В последние несколько десятилетий отмечается увеличение масштабов и темпов изменения климатических характеристик, неоднородность распределения сезонных аномалий во времени и пространстве, выраженная контрастность погоды. Многие исследователи отмечают потепление климата и на территории России [1–3]. При этом анализ данных многолетних наблюдений выявил некоторые особенности в Карелии [4], в Северо-Западном регионе России [5], в Азиатско-Тихоокеанском регионе [6–9]. Однако на фоне роста глобально-осредненной температуры может наблюдаться и ее снижение в отдельных регионах [10, 11]. Что касается Черноморского региона, незначительное повышение температуры отмечается с 1970-х годов [12, 13].

Территория Крымского полуострова, несмотря на его относительно небольшие размеры, обладает разнообразием природно-климатических условий, что благоприятствует развитию рекреационной деятельности и климатотерапии. Для количественной оценки рекреационной способности территорий анализируют воздействие на человека комплекса гидрометеорологических параметров. При этом в качестве интегральной оценки воздействия обычно используют биоклиматические индексы, разработанные разными авторами.

В России для оценки уровня биоклиматической комфортности в работах используются наиболее универсальные и доступные для разных регионов страны биометеорологические индексы: эффективная температура (ЭТ), эквивалентно-эффективная температура (ЭЭТ), радиационная эффективно-эквивалентная температура (РЭЭТ), индекс дискомфорта (индекс ID), индекс суровости (S), индекс изменчивости класса погоды момента (K), весовое содержание кислорода в воздухе (pO2) [14]. Также часто встречаются  такие показатели как сальдо теплового баланса тела человека (Qs), индекс патогенности погоды (I), комплексный показатель, определяющий тип и класс погоды момента (TP). Все они считаются информативными и активно применяются для комплексной оценки влияния погоды на здоровье.

Стоит отметить, что в основном работы по оценке рекреационных условий Крымского полуострова проводились для его приморских территорий. Есть отдельные работы исследователей, посвященные изменениям гидрометеопараметров на территории Крыма [15, 16], но оценок комплексных характеристик рекреационных условий, их динамики, для приморских и других местностей Крымского полуострова за продолжительный период (более чем 50 лет) для каждого месяца года не проводилось.

 

Цель исследования. Изучить особенности изменения комплексных биоклиматических показателей для всей территории Крыма за многолетний период (около 70 лет), уделяя отдельное внимание каждому месяцу года, и на основе полученных результатов показать возможное влияние этих изменений на развитие рекреационной деятельности.

 

МАТЕРИАЛ И МЕТОДЫ

Исследование изменений комплексных биоклиматических показателей проводилось для каждого месяца года по данным реанализа NCEP/NCAR R1 с пространственным разрешением 2,5° × 2,5° за период 1950–2018 гг. и реконструированным данным наблюдений E-OBS (v17.0), приуроченным к узлам пространственной сетки 0,25° × 0,25° за тот же период для 22 станций Крымского полуострова. Главным метеорологическим параметром, составляющим основу всех биоклиматических индексов, является температура воздуха. Для нивелирования искажений применяемых баз данных было проведено уточнение их с помощью доступных наблюдений с 22 метеостанций за период 2005–2018 гг., информация о которых была взята на информационном портале компании ООО «Расписание погоды» [17]. Для этого данные используемых массивов интерполировались в точки станций методом сплайновой поверхности типа «тонкая пластина». Далее, для каждого используемого метеопараметра в один и тот же синоптический срок, были рассчитаны коэффициенты корреляции, среднеквадратические отклонения данных реанализа и станционных наблюдений, и отношение дисперсий рядов. На этой основе производилась корректировка данных реанализа с учетом данных станционных наблюдений. Процедура уточнения выполнялась отдельно для каждого месяца. Таким образом, были получены новые ряды с поправками для каждого города.  

Для характеристики биоклиматических изменений на территории Крымского полуострова в работе приводятся оценки биоклиматических показателей в точках расположения метеорологических станций. Учитывая, что в среднем пространственное распределение метеостанций в центральной Европейской части России составляет 1 станция на 4,6 тыс. км2 [18], репрезентативности имеющейся сети в Крыму достаточно для того, чтобы дать характеристику практически для всей территории полуострова, за исключением Главной гряды Крымских гор, внутренних районов Тарханкутского и Керченского полуостровов (рис.1).

При выборе биоклиматических индексов для характеристики комфортности территорий учитывались их региональные особенности, эффективность показателей применительно к конкретным городам, а также наличие качественных метеорологических данных. Например, индекс сухого ветрового охлаждения (суровости) Бодмана не будет показательным для Южного берега Крыма и Севастополя, так как для этих территорий характерен субсредиземноморский тип климата, а суровые погодные условия здесь наблюдаются нечасто. Зима обычно мягкая, непродолжительная, малоснежная, преимущественно с положительными температурами. Однако для местностей, расположенных в более северных широтах и не защищенных горами, индекс Бодмана вполне применим. Для преобладающего степного приморского типа климата северных районов Крыма в холодный период года характерны резкие понижения температуры воздуха и частая повторяемость сильных северо-восточных ветров. Период, когда северо-восточные ветры становятся максимально продолжительными и сильными начинается с поздней осени и длится всю зиму. При этом температура воздуха обычно понижается на 8–10ºC. Это намного ниже, чем при ветрах других направлений. Усиление охлаждающего эффекта происходит за счет повышенной влажности воздуха, а также, в случаях вторжения арктического воздуха с материка – за счет действия сильных северо-восточные ветров, тогда на территории Крымского полуострова наступают периоды интенсивного похолодания. В первом случае весьма показательным будет расчет индекса влажного ветрового охлаждения Хилла (Hw), во втором – индекс сухого ветрового охлаждения Бодмана. По сравнению с другими индексами, характеризующими суровость климата, индексы Бодмана и Хилла считаются наиболее независимыми [19]. Оценка их чувствительности к изменению входящих в расчетные формулы метеорологических величин показала, что оба индекса лучше других зависят от изменения температуры воздуха и скорости ветра, особенно при отрицательных и близких к нулю температурах, что очень важно для характеристики суровости климата в зимнее время и переходные сезоны [20]. Среди комфортных значений Hw выделяется три интервала: 31-50 мкал см-2 с-1 – территория относится к относительно комфортной зоне, 11-30 мкал см-2 с-1 – умеренно комфортной, <10 мкал см-2 с-1 – территория характеризуется комфортными условиями. При его высоких дискомфортных значениях (более 50 мкал см-2 с-1) он выступает в роли индикатора, ограничивающего пребывание человека на открытом воздухе и определяющего потребность в соответствующей одежде. Рассчитывается индекс по формуле [21]:

, (1)

где, u скорость ветра, м/с; t – температура воздуха, °С; e – упругость водяного пара, гПа.

Индекс Hw обычно используется для биоклиматической оценки в зимнее время и переходные сезоны, но для теплого времени года он также применим. Так, при высоких температурах воздействие влажного ветрового потока уменьшает ощущение дискомфортности человека [22].

Индекс S рассчитывается только для холодного периода (зима и межсезонье) по формуле [21]:

 (2)

где t – температура воздуха, °С; u скорость ветра, м/с.

Суровость погод оценивается в баллах: при S<1 – несуровая, 1–2 – малосуровая, 2–3 – умеренно суровая, 3–4 – суровая, 4–5 – очень суровая, 5–6 – жестко суровая, S>6 – крайне суровая.

К эффективным методам оценки биоклиматических условий Крымского полуострова в теплый период года относится расчет различных температурных индексов: эквивалентной температуры, эквивалентно-эффективной температуры, нормальной эквивалентно-эффективной температуры (НЭЭТ), радиационной эквивалентно-эффективной температуры. Такие показатели, как ЭТ, ЭЭТ и РЭЭТ применяются для оценки тепловой чувствительности раздетого (по пояс) человека в летние месяцы. Для весенне-осеннего же периода обычно используется НЭЭТ, так как она учитывает теплоощущения одетого человека, защищенного одеждой одного типа (одежда с теплоизоляцией 1 кло – платье, костюм и др.). Данный показатель особенно значим для оценки биоклиматического потенциала прибрежных местностей Крымского полуострова, так как курортный сезон в Крыму не ограничивается только летними месяцами, поскольку его продолжительность в среднем составляет от 130 до 160 дней в зависимости от части полуострова. В настоящей работе рассчитывались оба показателя – ЭЭТ и НЭЭТ. Расчеты ЭЭТ производятся по формуле А. Миссенарда [23]:

 (3)

где t – температура воздуха, °С; v – скорость ветра, м/с; f – относительная влажность, %.

Для определения НЭЭТ используют формулу И.В. Бутьевой [24]:

 (4)

где ЭЭТ – эквивалентно-эффективная температура, °С.

Показатель НЭЭТ напрямую связан с ЭЭТ, в связи с чем, их годовой ход совпадает, но значения НЭЭТ значительно превышают значения ЭЭТ. Комфортные значения индекса ЭЭТ располагаются в диапазонах от +12 до 18°C («комфорт (умеренно тепло)») и от +18 до 24°C («комфорт-тепло»), а для индекса НЭЭТ в диапазоне от +12 до 24°C («умеренно тепло (комфортно)»).

В летние месяцы на территории Крымского полуострова в безветренную погоду при высокой температуре воздуха и повышенной влажности возникают неблагоприятные условия, которые в климатотерапевтической практике получили название «духота». Преобладание душных погод, в свою очередь, является ограничивающим фактором при проведении рекреационных мероприятий (лечебных процедур). Чтобы определить наличие душных дней и их интенсивность на практике принято оценивать весовое содержание кислорода в воздухе (парциальную плотность кислорода) (pO2). Нормой для жизни человека считаются значения от 240 до 300 г/м3 [14]. Распределение парциальной плотности кислорода в воздухе во времени и пространстве имеет суточный и сезонный характер и оценивается по величине суточного отклонения данного показателя от средних значений (285 г/м3). В случае, если отклонение весового содержания кислорода  не превышает 5 г/м3 погода характеризуется как благоприятная, при снижении весового содержания кислорода на 5-10 г/м3 – умеренно неблагоприятная, и неблагоприятная, если уменьшение значений весового содержания кислорода на 15 г/м3 и более [25]. Для определения парциальной плотности кислорода в воздухе используют следующую формулу [26]:

 (5)

где P – атмосферное давление, мб; е – парциальное давление водяного пара, мб; R – удельная газовая постоянная для сухого воздуха при давлении выраженном в мб, равная 2,87·103 см2 сек-2 град -1; T – абсолютная температура, равная 273°+температура воздуха, °С; 0,2315 – доля кислорода по весу в сухом воздухе; 106 – коэффициент перевода величин pO2 из кг/м3 в г/м3.

Для расчетов биоклиматических индексов в работе привлекались среднесуточные данные следующих метеорологических параметров: температура воздуха, относительная влажность, скорость ветра и атмосферное давление на уровне моря. Для всех временных рядов был проведен контроль качества и проверка на пропуски. С целью оценки тенденций изменения значений биоклиматических показателей во времени рассчитывались коэффициенты линейного тренда для каждого города с оценкой статистической значимости. При этом анализ биоклиматических показателей проводился для трендов с уровнем значимости выше 80%. Биоклиматические показатели рассчитывались для «среднего человека», при этом не учитывались индивидуальные особенности (механизмы адаптации).

 

РЕЗУЛЬТАТЫ

Полученные оценки трендов НЭЭТ на территории Крымского полуострова, характеризующей комплексное влияние на человека температуры, влажности воздуха и скорости ветра, показали рост НЭЭТ за 68 лет на всех станциях Крыма во все сезоны и месяцы года, за исключением декабря. Наиболее выражен положительный линейный тренд НЭЭТ с января по март, а также в августе и сентябре (рис.2). В зимние месяцы значения статистически значимых положительных трендов составляют от 1,8 до 4,6°С за 68 лет. В марте значения трендов заметно выше и составляют на разных станциях от 2,43 до 5,59°С. При этом минимальные величины отмечаются на юге полуострова, в зоне субсредиземноморского климата. В августе и сентябре наоборот более заметное повышение НЭЭТ отмечается на некоторых приморских станциях южной и восточной частей полуострова, где величина коэффициентов тренда составляет от 2,2 до 5,52°С за 68 лет. В марте и августе значимость трендов НЭЭТ по критерию Стьюдента достигает максимального уровня (99%). Анализ основных параметров, входящих в расчетную формулу НЭЭТ показал, что основной вклад в наблюдаемые тренды вносят изменения температуры воздуха и влажности. Подобные изменения наблюдаются и в годовом ходе показателя ЭЭТ, так как он напрямую зависят от НЭЭТ.

Повышение эффективных температур в течение года сопровождается уменьшением значений индексов S и Hw. Оценка трендов значений индекса S подтвердила неравномерность проявления изменений в разные месяцы года. Наиболее четко отрицательный линейный тренд выражен в марте (рис.3) и составляет на разных станциях от –0,18 до –0,46 балла за 68 лет, причем это значимые на 99% уровне оценки. Максимальные значения отрицательных трендов в этом месяце относятся к приазовским местностям – Керчь, Мысовое, Опасное, а также степной части Крыма – Симферополь и Нижнегорский. В январе и феврале для этих же станций характерны выраженные значимые отрицательные тренды со значениями от –0,2 до –0,46 балла за 68 лет. В декабре отрицательные тенденции сменяются на положительные почти на всех станциях (кроме Алушты и Ялты), но при этом значимые линейные тренды (выше 80%) выявлены для станций Ялта, Ай-Петри, Севастополь, Евпатория и Симферополь. Наибольший по величине положительный коэффициент тренда отмечается на станции Ай-Петри (0,2 балла/68 лет), а отрицательный – в Ялте (–0,06 балла/68 лет).

Аналогичные результаты были получены и для индекса Hw, где также отмечаются преимущественно отрицательные тенденции. Наиболее заметные понижения значений Hw характерны для месяцев холодного периода (январь – март) и конца лета. В эти месяцы аномалии не только отрицательны, но и наибольшие по величине и значимости. На всех станциях в марте наблюдаются наиболее выраженные отрицательные тренды (рис.4). Наблюдаемое понижение значений индекса весьма неоднородно в пространстве. Так, для станций, расположенных в восточной части полуострова значения тренда достигают –11,43 мкал см-2 с-1/68 лет, а для станций ЮБК – это –4,89 мкал см-2 с-1/68 лет. В августе максимальные значения отрицательных трендов индекса Hw характерны также для ЮБК и Керченского полуострова, где они достигают отметки в –8,41 мкал см-2 с-1/68 лет. В декабре, как и для индекса суровости, знак тренда меняется на плюс, при этом значимые тренды отмечаются на станциях юго-западной, западной и северной части полуострова. Наибольшее значение тренда в этом месяце на станции Ай-Петри – 5,8 мкал см-2 с-1/68 лет.

Анализ трендов pO2 выявил в исследуемый период отрицательные тенденции в каждом месяце года на всех станциях за исключением декабря, хотя тренд в этом месяце незначим. Более быстрыми темпами уменьшается содержание кислорода в марте в степной части Крыма, на севере и востоке полуострова (от –3,5 до –4,62 г/м3/68 лет) (рис.5). С августа по октябрь более существенны изменения pO2 в южной приморской части полуострова, где значения трендов превышают 3–4 г/м3/68 лет. Для остальной территории характерно более медленное понижение содержания кислорода (до 2 г/м3/68 лет). Анализ тенденций изменений pO2 выявил статистически значимые на 99% уровне отрицательные тренды для марта, августа и сентября. В октябре значимость трендов варьируется от 80 до 99%.

 

ОБСУЖДЕНИЕ

На улучшение биоклиматических условий в холодный период и в начале весны на всей территории Крыма указывают положительные коэффициенты линейных трендов ЭЭТ и НЭЭТ. Наибольший вклад в рост эквивалентных температур за год вносят зимние и первый весенний месяцы в городах западных, северных и восточных районов полуострова, а также август и сентябрь в южных приморских городах. Отмеченное увеличение индексов ЭЭТ и НЭЭТ в зимне-весенний период говорит о тенденции к более раннему началу курортного сезона, что повышает возможность организации эффективного отдыха и лечения в холодные месяцы года. Летом рост эквивалентных температур свидетельствует о вероятности более жарких погодных условий, а в начале осени – об увеличении продолжительности теплого периода.

Линейные тренды индекса pO2 имеют отрицательный знак, при этом наиболее интенсивно количество кислорода уменьшается в марте в степной части Крыма, на севере и востоке полуострова, а также в период с августа по октябрь. Такие изменения вместе с повышением температуры воздуха обеспечивают в осенние месяцы ощущение эффекта духоты. Весной же понижение значений кислорода свидетельствует о более раннем потеплении.

Отрицательные знаки трендов индексов Hw и S, более выраженные в январе – феврале и ранней весной, говорят об улучшении биоклиматических условий, что свидетельствует о расширения границ теплого периода года с комфортными значениями биоклиматических показателей, приемлемого для организации рекреационных мероприятий. В конце лета отрицательные тренды Hw более типичны для территории Керченского полуострова и ЮБК. В этот период они характеризуют ужесточение засушливых и жарких условий. Положительные тренды S и Hw в декабре на большей части степного Крыма свидетельствует об усилении ветреных и дискомфортных биоклиматических условиях.

Изменение биоклиматических условий непременно наложит отпечаток на характер рекреационной деятельности в Крыму, включая оздоровительный туризм, с особенностями в разные сезоны года. При этом должно учитываться влияние соответствующих погодных факторов на здоровых людей и людей с хроническими заболеваниями. В зависимости от того, какой эффект оказывают погодные условия, рекреационные мероприятия разделяются на два основных вида: активные и пассивные. К активной рекреации относятся прогулки на свежем воздухе, терренкуры, плавание в море, различные спортивные игры. Обычно при активной рекреации (кроме купания в море) в весенне-осенний период люди одеты (легкая одежда с уровнем защиты 0,5-1 кло), что делает их времяпровождение на открытом воздухе более комфортным и при более низких температурах. В таком случае требования к погоде могут быть менее жесткими [27]. К пассивной рекреации относятся солнечные и воздушные ванны. Данный вид рекреации требует более жестких требований к погоде. При обоих видах рекреации существенными ограничениями являются высокая влажность воздуха, духота, сильный штормовой ветер и обильные осадки, затрудняющие пребывание на открытом воздухе. К дополнительным ограничивающим факторам рекреационной деятельности относятся также состояние здоровья и возраст человека.

В зимние месяцы (январь и февраль) зачастую возникают  периоды (окна) ослабления холодовой нагрузки на организм, тогда появляется возможность проведения таких мероприятий, как солнечные и воздушные ванны на открытом пространстве. В периоды устойчивых северо-восточных ветров такие мероприятия проводятся в защищенных от ветра сооружениях. За счет увеличения значений эквивалентных температур в конце зимы и начале весны появляется возможность начинать курортный сезон раньше, чем обычно. В марте обычно преобладают холодные ветры, однако они становятся слабее, заметно теплеет, что благоприятствует активным видам рекреации (кроме купания в море). В летние же месяцы аналогичный рост температур может привести к дискомфортным значениям, а в сочетании с пониженным количеством кислорода в воздухе создать существенные риски для людей с болезнями органов дыхания и сердечно-сосудистыми заболеваниями. Данные особенности необходимо учитывать и по мере необходимости вводить полный запрет на рекреационную деятельность или частично ограничивать определенные категории рекреантов. Увеличение значений эквивалентных температур в начале осени увеличивает в целом продолжительность курортного сезона с комфортными условиями. Однако стоит отметить, что в это же время может отмечаться большая вероятность душных погод, вызывающих дискомфорт для здоровых людей и опасных для людей с рядом хронических заболеваний. В середине осени также повторяется улучшение биоклиматических условий, благоприятных для проведения рекреационных процедур. В это время происходит смена основных видов рекреации: отдых на пляже и купание замещается на прогулки у берега, походы, терренкуры, спортивные игры и др.

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Проведенный анализ динамики биоклиматических индексов за 1950–2018 гг., показал, что изменения климата проявляются в соответствующих изменениях рекреационного потенциала территории Крыма. Выявленные особенности этих изменений позволят заблаговременно корректировать планы проведения рекреационной деятельности в регионе. В начале весны в прибрежных городах Керченского полуострова, а также в северной и восточной частях Крыма отмечаются тенденции к более раннему началу рекреационного сезона. Благодаря улучшению комфортности погодных условий в будущем в данных районах могут расшириться границы рекреационных периодов в несезонные месяцы. В приморских городах южной и юго-восточной частей Крыма в летние месяцы повышается вероятность душных погод. Такие особенности в последствии могут привести к сокращению сезонности в летний период и повышению в начале осени, когда биоклиматические условия остаются близки к летним, но считаются более благоприятными для проведения активных видов рекреационных мероприятий.

Выявленные закономерности изменений биоклиматических показателей могут выступать регулирующим фактором для планирования и организации различных видов рекреационных мероприятий на территории Крыма и, таким образом, обеспечивать продолжительность рекреационного периода.

×

About the authors

Anna Andreevna Stefanovich

Institute of Natural and Technical Systems;
Sevastopol State University

Email: amazurenko@mail.ru
ORCID iD: 0000-0002-4076-7623
SPIN-code: 7723-0167

младший научный сотрудник лаборатории крупномасштабного взаимодействия океана и атмосферы и изменений климата

Russian Federation, 28, Lenina street, 299011, Sevastopol, Russia; 33, Universitetskaja street, 299053, Sevastopol, Russia

Elena Nikolaevna Voskresenskaya

Institute of Natural and Technical Systems;
Sevastopol State University

Author for correspondence.
Email: elena_voskr@mail.ru
ORCID iD: 0000-0003-4889-0180
SPIN-code: 3183-6409

D.Sc. (Geography), professor, deputy director for research

Russian Federation, 28, Lenina street, 299011, Sevastopol, Russia; 33, Universitetskaja street, 299053, Sevastopol, Russia

References

  1. Vasil'ev M.S., Nikolashkin S.V., Karimov R.R. Sravnenie prizemnoj temperatury vozduha v Jakutii po dannym reanaliza i nazemnyh nabljudenij [Comparison of surface air temperature in Yakutia according to reanalysis and ground-based observations] // Vestnik SVFU, 2014. Vol. 11, № 5. P. 82–88. (In Russ).
  2. Rybak O.O., Rybak E.A. Klimaticheskie izmenenija na juge Rossii: tendencii i vozmozhnosti prognoza [Climate change in the South of Russia: trends and forecast opportunities] // Nauchnyj zhurnal KubGAU, 2015. Vol. 111, № 7. P. 538–552. (In Russ).
  3. Doklad ob osobennostjah klimata na territorii Rossijskoj Federacii za 2021 god. [Report on climate features in the territory of the Russian Federation for 2021]. Moscow, 2022. 104 p. (In Russ).
  4. Nazarova L.E. Mnogoletnie izmenenija temperatury vozduha v Karelii [Long-term changes in air temperature in Karelia] // Geography and Natural Resources. 2008. № 3. P. 75–79. (In Russ).
  5. Donchenko Ja.V., Lemeshko N.A., Binenko V.I. Itogovyj tehnicheskij otchet: Ocenka sostojanija klimata v predelah territorii Leningradskoj oblasti, v tom chisle ocenka faktorov vlijanija antropogennoj dejatel'nosti na klimat, razrabotka mer po adaptacii k izmenenijam klimata [Final technical report: Assessment of the state of the climate within the territory of the Leningrad Region, including assessment of the factors influencing anthropogenic activities on the climate, development of measures to adapt to climate change]. St. Petersburg, 2015. 121 p. (In Russ).
  6. Varlamov S.M., Kim E.S., Han E.H. Sovremennye izmenenija temperatury v Vostochnoj Sibiri i na Dal'nem Vostoke Rossii [Modern temperature changes in Eastern Siberia and the Russian Far East] // Meteorology and Hydrology. 1998. № 1. P. 19–28. (In Russ).
  7. Pesterova N.M., Pushkina E.G. Sovremennye izmenenij klimata ohotomorskogo regiona [Modern changes in the climate of the Sea of Okhotsk region] // Tr. Arkticheskogo regional'nogo centra. 1998. № 1. P. 11–30. (In Russ).
  8. Gajko L.A. Osobennosti gidrometeorologicheskogo rezhima pribrezhnoj zony zal. Petra Velikogo (Japonskoe more) [Features of the hydrometeorological regime of the coastal zone of the bay. Peter the Great (Sea of Japan)]. Vladivostok: Dal'nauka, 2005. 151 p. (In Russ).
  9. Ponomarev V.I., Kaplunenko D.D., Krohin V.V. Tendencii izmenenij klimata vo vtoroj polovine 20-go veka v Severo-Vostochnoj Azii, na Aljaske i severo-zapade Tihogo okeana [Trends in climate change in the second half of the 20th century in Northeast Asia, Alaska and the Pacific Northwest] // Meteorology and Hydrology. 2005. № 2. P. 15–26. (In Russ).
  10. Hansen J., Sato M., Ruedy R., Lo K., Lea D.W., Medina-Elizade M. Global temperature change // Proceedings of the National Academy of Sciences. 2006. № 103. P. 14288–14293. doi: 10.1073/pnas.0606291103.
  11. Perevedencev Ju.P., Vereshhagin M.A., Naumov Je.P., Shantalinskij K.M., Nikolaev A.A. Regional'nye projavlenija sovremennogo poteplenija klimata v tropostratosfere Severnogo polusharija [Regional manifestations of modern climate warming in the tropostratosphere of the Northern Hemisphere] // Izvestiya RAN. Seriya Geograficheskaya. 2005. № 6. P.6–16. (In Russ).
  12. Il'in Ju.P., Repetin L.N. Vekovye izmenenija temperatury vozduha v regione Chernogo morja i ih sezonnyj osobennosti [Secular changes in air temperature in the Black Sea region and their seasonal features] // Jekologicheskaja bezopasnost' pribrezhnoj i shel'fovoj zon i kompleksnoe ispol'zovanie resursov shel'fa: Sb. nauch. trudov. Sevastopol': JeKOSI–Gidrofizika, 2006. № 14. P. 444–456. (In Russ).
  13. Rybak O.O., Rybak E.A. Primenenie dannyh setevyh meteorologicheskih stancij dlja rascheta balansa massy lednikov (na primere lednika Dzhankuat, Central'nyj Kavkaz) [Application of data from network meteorological stations to calculate the mass balance of glaciers (on the example of the Dzhankuat glacier, Central Caucasus)] // Sistemy kontrolja okruzhajushhej sredy. Sevastopol': IPTS, 2017. Vol. 9. № 29. P. 100–108. (In Russ).
  14. Trubina M.A., Hasso L.A., Djachko Zh.K. Metody bioklimaticheskoj ocenki Severo-Zapadnogo regiona Rossii [Methods of bioclimatic assessment of the North-West region of Russia] // Uchenye zapiski GGMU: nauch.-teoret. zhurnal. SPb.: Izd. RGGMU, 2010. № 13. P. 121–137. (In Russ).
  15. Jarosh A.M., Soldatchenko S.S., Korshunov Ju.P., Bessmertnyj A.F., Efimova V.M., Voskresenskaja E.N. Sravnitel'naja mediko-klimatologicheskaja harakteristika osnovnyh primorskih kurortnyh mestnostej Evropy i prilegajushhih k nej regionov Azii i Afriki [Comparative medical and climatological characteristics of the main coastal resort areas of Europe and the adjacent regions of Asia and Africa]. Simferopol': Sonat, 2000. 135 p. (In Russ).
  16. Voskresenskaja E.N. Izmenchivost' klimaticheskih harakteristik kurortnyh mestnostej Chernogo i Sredizemnogo morej pod vlijaniem global'nyh processov v sisteme okean-atmosfera [Variability of the climatic characteristics of the resort areas of the Black and Mediterranean Seas under the influence of global processes in the ocean-atmosphere system] // Jekologicheskaja bezopasnost' pribrezhnoj i shel'fovoj zon i kompleksnoe ispol'zovanie resursov shel'fa: Sb. nauch. trudov. Sevastopol': JeKOSI–Gidrofizika, 2003. P. 39–48. (In Russ).
  17. Sajt «Raspisanie pogody» [Website «Weather schedule»] [Elektronnyj resurs]: URL: https://rp5.ru (accessed 28.04.2018) (In Russ).
  18. Anisimov, O. A., Zhil'cova, E. L. Ob ocenkah izmenenij klimata regionov Rossii v 20 i nachale 21 vekov po dannym nabljudenij [On assessments of climate change in Russian regions in the 20th and early 21st centuries according to observational data] // Meteorology and Hydrology. 2012. № 6. P. 95–107. (In Russ).
  19. Vinogradova V.V. Vozdejstvie klimaticheskih uslovij na cheloveka v zasushlivyh zemljah Evropejskoj Rossii [Impact of climatic conditions on humans in the arid lands of European Russia] // Izvestiya RAN. Seriya Geograficheskaya. 2012. № 2. P. 68–81. (In Russ).
  20. Perevedencev Ju.P., Zandi R., Auhadeev T.R., Shantalinskij K.M. Ocenka vlijanija klimata na cheloveka v zasushlivyh uslovijah jugo-zapadnogo Irana [Assessment of the impact of climate on humans in arid conditions of southwestern Iran] // Vestnik Udmurtskogo universiteta. Serija Biologija. Nauki o Zemle. 2015. Vol. 25, № 1. P. 104–113. (In Russ).
  21. Isaev A.A. Jekologicheskaja klimatologija [Ecological climatology]. M.: Nauchnyj mir, 2001. 456 p. (In Russ).
  22. Zolotokrylin A.N., Kancebovskaja I.V., Krenke A.N. Rajonirovanie territorii Rossii po stepeni jekstremal'nosti prirodnyh uslovij dlja zhizni cheloveka [Zoning of the territory of Russia according to the degree of extreme nature of natural conditions for human life] // Izvestiya RAN. Seriya Geograficheskaya. 1992. № 6. P. 16–30. (In Russ).
  23. Missenard F.A. Température effective d’une atmosphere Généralisation température résultante d’un milieu. In: Encyclopédie Industrielle et Commerciale, Etude physiologique et technique de la ventilation. Librerie de l’Enseignement Technique, Paris, 1933. P. 131–185.
  24. But'eva I.V., Shejnova T.G. Metodicheskie voprosy integral'nogo analiza mediko-klimaticheskih uslovij [Methodological issues of the integral analysis of medical and climatic conditions] // Kompleksnye bioklimaticheskie issledovanija. M., 1988. P. 97–108. (In Russ).
  25. Ovcharova V.F. Gomeokinez v pogodnuju gipoksiju i giperoksiju [Homeokinesis in weather hypoxia and hyperoxia] // Tr. Mezhdunar. Simpoziuma VMO/VOZ/JuNEP «Klimat i zdorov'e cheloveka». L.: Gidrometeoizdat, 1988. P. 142–149. (In Russ).
  26. Formuly i nomogrammy dlja raschetov mediko-meteorologicheskih pokazatelej [Formulas and nomograms for calculating medical and meteorological indicators] / But'eva I.V., Galahova Je.N., Il'icheva E.M. [i dr.] // Materialy meteorologicheskih issledovanij. M., 1984. № 8. P. 151–159. (In Russ).
  27. Ezhov V. V., Kaladze N.N., Jarosh A.M. Metodicheskie rekomendacii po klimatolecheniju. Pljazhi i pljazhnye sooruzhenija [Guidelines for climatotherapy. Beaches and beach facilities]. Simferopol', 2010. 72 p. (In Russ).

Supplementary files

There are no supplementary files to display.


Copyright (c) Eco-Vector

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution-NonCommercial-NoDerivatives 4.0 International License.

СМИ зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор).
Регистрационный номер и дата принятия решения о регистрации СМИ: серия ПИ № ФС 77 - 78166 от 20.03.2020.


This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies