Changes in cardiovascular indices and bioelectric activity of the brain in response to cold exposure in young men

Cover Page

Abstract


The aim was to study changes in cardiovascular indices and electroencephalogram (EEG) characteristics in response to short-term general air cooling of the body in young adults. Methods. The sample consisted of 13 healthy men aged 18-21 years who were permanent residents of the city of Arkhangelsk (Northwest Russia). The spectral power (SP) of EEG rhythms was assessed using an electroencephalograph (Neurosoft, Russia). Heart rate variability (HRV) was measured using Varikard equipment (Ramena, Russia). Temperature of the skin surface was measured with an electronic infrared thermometer B Well WF - 1000 (Switzerland). Blood pressure were recorded with an automatic tonometer A&D Medical UA-668 (Japan). All indicators were measured prior to the exposure, under cold exposure in the cold chamber "USF-25N" (-20C, 10 minutes) and 5 and 10 minutes after the exposure. Results. Two types of changes in the study parameters were identified. In type I reaction there was is a greater decrease in body surface temperature, an increase in blood pressure (BP), HRV indicators (RMSSD, pNN50%, TP) and minimal changes in the bioelectrical activity of the brain during the exposure. During the recovery period, systolic BP did not decrease and HRV indicators recovered slowly. In type II reaction, there was a smaller decrease in body surface temperature, an increase in the а-0 activity of the EEG in the anterotemporal regions of the brain and an increase in the 0-activity of the EEG in the frontal regions on the right combined with a increase in HRV (SDNN, pNN50%, RMSSD, TP), an increase in BP during exposure with return to initial values after the exposure. Conclusions. We identified two types of reactions to cold exposure in young men that may reflect the heterogeneity of adaptive reactions of the body's regulatory systems to cold.

Full Text

Изучение реактивности регуляторных систем организма человека на холод важно с точки зрения как адаптивных реакций, так и профилактических аспектов. Люди живут и работают в холодных погодных условиях (низкая температура, сильные ветры, низкая солнечная радиация), а стресс от холода редко является ограничивающим фактором. Индивидуальная восприимчивость организма к острому воздействию холода зависит от его морфофункциональных особенностей, уровня метаболической активности, а также от климатогеографических условий его постоянного места жительства. К особенностям функционального состояния систем на Севере относят выраженную активность центрального звена гипоталамо-гипофи-зарной системы, системы «гипофиз - щитовидная железа», повышенный уровень тиреотропного гормона [4], кортизола, увеличение экскреции адреналина и норадреналина (в моче) [3]. Эти особенности эндокринной системы могут влиять и на механизмы центрального возбуждения [5], на онтогенетическое становление структуры биоритмов головного мозга. У жителей арктических территорий могут формироваться особые паттерны биоэлектрической активности головного мозга, которые можно рассматривать как адаптивные [11]. Электрофизиологические исследования показали разнонаправленные изменения холодового воздействия на спонтанную колебательную активность мозга [12, 16]. В литературе отмечается вариативность реакций сердечно-сосудистой системы на кратковременный холодовой тест [6, 8]. Цель исследования заключалась в определении вариантов направленности изменений ритмов электроэнцефалограммы (ЭЭГ) и показателей сердечно-сосудистой системы в ответ на кратковременное общее воздушное охлаждение организма. Методы Обследованы 15 практически здоровых мужчин в возрасте 18-21 года (средний возраст (19,9 ± 1,2) года), которые родились и проживают в г. Архангельске. Исследование было одобрено Этическим комитетом ФИЦКИА РАН (протокол № 2 от 28.03.2018). Все лица, участвующие в исследовании, дали согласие на участие и подписали информированное согласие. Индекс массы тела молодых людей не выходил за границы нормальных значений (от 18,5 до 24,9 кг/ м2). В ходе эксперимента испытуемые были одеты в однотипную одежду - кроссовки, хлопчатобумажные брюки, футболку и медицинский халат. Исследование проводилось в январе и феврале в первой половине дня. В процессе обследования у молодых людей регистрировали параметры синхронной записи ЭЭГ и вариабельности сердечного ритма (ВСР) (5 минут), температуры в слуховом проходе (Тсл) и кожного покрова кисти (Тк) в помещении при комнатной температуре (1 этап - Фон), с 5-й по 10-ю минуту нахождения в холодовой камере «УШЗ-25Н» (-20 °С) (2 этап - Холод), через 5 (3 этап) и 10 минут (4 этап) после выхода из холодовой камеры. Артериальное дав ление (АД) измеряли до холодовой камеры в теплом помещении (1 этап - Фон), сразу (2 этап - Холод) и через 10 минут (4 этап) после выхода из камеры. Спектральную мощность (СМ) 0- (4 - 7 Гц), а-(8-13 Гц) активности ЭЭГ регистрировали по 16 каналам (Fp1, Fp2, F3, F4, F7, F8, C3, C4, P3, P4, T3, T4, T5, T6, O1, O2) по международной системе «10-20 %» размещения электродов на поверхности головы (референтные электроды на мочках ушей) в состоянии спокойного бодрствования с закрытыми глазами в положении сидя с помощью портативного электроэнцефалографа (Нейрон-Спектр-СМ «Нейрософт», Россия). Состояние вегетативной нервной системы оценивали по показателям ВСР на аппаратно-программном комплексе «Варикард» (Россия). Использовали временной и спектральный виды анализа. Оценивались показатели: частота сердечных сокращений (ЧСС, уд/мин), стандартное отклонение NN-интервалов (SDNN), квадратный корень из суммы квадратов разности величин между смежными NN-интервалами (RMSSD) и процент количества пар, в которых разница между длительностью последовательных NN-интервалов превышает 50 мс (PNN50%), индекс напряжения регуляторных систем (SI, усл. ед.), суммарная мощность спектра ВСР (ТР, мс2) [9]. Артериальное давление измеряли осциллометрическим методом с помощью автоматического тонометра A&D Medical UA-668 (Япония). Тк и Тсл регистрировали медицинским электронным инфракрасным термометром B. Well WF-1000 (Швейцария). Статистическую обработку результатов проводили с помощью программы Statistica 13. Согласно критерию Shapiro-Wilk, распределение количественных данных отличалось от нормального, поэтому использовали непараметрические методы. Описание выборки выполняли с помощью медианы и 25- и 75-го перцентилей Ме (25р; 75р). Кластеризацию полученных результатов осуществляли методом к-средних, предварительно было проведено z-преобразование данных с целью уменьшения асимметрии при распределении переменных. При сравнении количественных данных двух независимых групп использовали критерий Манна - Уитни. Для анализа повторных измерений применяли критерий Фридмана. Для оценки взаимосвязи исследуемых параметров использовался коэффициент ранговой корреляции Спирмена. Результаты Для выделения однородных групп по исходным значениям и по изменениям СМ а-активности ЭЭГ, параметров ВСР, Тк и Тсл в ответ на воздействие холодом был проведен кластерный анализ, который показал существование двух значимо различающихся типов реакций. По исходным значениям Тк и Тсл у молодых людей разных кластеров не различалась. На 10-й минуте нахождения в холодовой камере Тк и Тсл снижалась (рис. 1), при этом у молодых людей кластера I Тсл в ответ на холод снижалась более вы-раженно (р = 0,03). На 3-м этапе исследования у 21 Экологическая физиология Экология человека 2020.11 Рис. 1. Изменение температуры кожного покрова кисти (А) и в слуховом проходе (В) на этапах исследования Примечания', сплошная линия - кластер I; пунктирная линия - кластер II; * - р < 0,05, различия статистически значимы между кластерами, А - р < 0,05, ДА - р < 0,01, различия статистически значимы по сравнению с фоном. молодых людей независимо от кластера сохранялась более низкая температура поверхности тела в сравнении с фоном. На 4-м этапе у представителей кластера I Тк и Тсл восстанавливалась до фоновых значений в отличие от молодых людей кластера II, у которых температура находилась на более низком уровне. По параметрам ВСР молодые люди кластера I отличались более низкими исходными значениями SDNN, RMSSD, pNN50%, TP и высокими значениями SI по сравнению с лицами кластера II (таблица). В ответ на кратковременное общее воздушное охлаждение организма у представителей кластера I регистрировалось повышение RMSSD (р = 0,04), pNN50% (р = 0,04), TP (р = 0,04) и снижение SI (р = 0,04). У молодых людей кластера II повышались значения SDNN (р = 0,005), RMSSD (р = 0,006), pNN50% (р = 0,005), TP (р = 0,006) и снижались SI (р = 0,005), ЧСС (р = 0,01). На 3-м этапе исследования у молодых людей кластера I сохранялись более высокие значения параметров RMSSD (р = 0,04), pNN50% (р = 0,04), SDNN (р = 0,04) и ТР (р = 0,04) и низкий SI (р = 0,04) по сравнению с фоном, а также снизилась ЧСС (р = 0,04). У молодых людей кластера II параметры ВСР возвращались к исходным значениям, оставалась лишь более низкая ЧСС (р = 0,005). На 4-м этапе исследования в кластере I показатели ВСР достигали исходных значений. Исходные показатели систолического и диастолического АД (САД и ДАД) не различались у молодых людей разных кластеров (см. таблицу). У лиц кластера I при воздействии холода повышалось ДАД (р = 0,04) и САД (р = 0,04). Через 10 минут после воздействия холода ДАД возвращалось к фоновым значениям, а САД было на более высоком уровне по сравнению с фоном (р = 0,04). В ответ на холод у молодых людей кластера II повысились значения САД (р = 0,005) и ДАД (р = 0,005) по сравнению с фоном, спустя 10 минут они возвращались к фоновым значениям. У молодых людей кластера I в отличие от сверстников кластера II в фоне отмечалась статистически более высокая СМ а- и 0-активности ЭЭГ практически во всех отделах головного мозга (рис. 2). Показатели вариабельности сердечного ритма и артериального давления на этапах исследования, Ме (25р; 75р) Показатель Кластер I (п = 5) Кластер II (п = 10) р -value Фон (1 этап) ЧСС, уд/мин 74,7 (70,7; 83,4) 73,2 (67,8; 76,2) 0,461 RMSSD, мс 22,8 (22,4; 23,1) 46,6 (34,4; 53,8) 0,012 SDNN, мс 40,2 (30,8; 42,4) 61,2 (51,2; 68,3) 0,011 pNN50% 2,3 (2,3; 3,9) 24,8 (10,2; 36,6) 0,033 TP, мс2 1286,3 (1149,0; 1458,9) 3806,3 (2478,2; 3885,7) 0,012 SI, усл. ед. 177,9 (111,4; 229,0) 69,1 (50,9; 91,9) 0,023 САД, мм рт. ст. 122 (120; 124) 122(114; 130) 0,814 ДАД, мм рт. ст. 83 (82; 84) 84 (81; 86) 0,801 Холод (2 этап) ЧСС, уд/мин 77,2 (72,7; 78,5) 67,1 (64,3; 71,5) АА 0,011 RMSSD, мс 48,8 (32,3; 57,9) А 66,3 (50,3; 93,9) АА 0,112 SDNN, мс 72,3 (71,7; 86,6) 83,4 (78,1; 131,4) АА 0,544 pNN50% 16,3 (9,7; 34,3) А 36,6 (26,7; 51,8) АА 0,116 TP, мс2 4547,3 (2226,5; 6654,0) А 5627,8 (3670,8; 13953,5) АА 0,542 SI, усл. ед. 53,8 (39,2; 56,2) А 37,1 (17,6;53,6) АА 0,337 САД, мм рт. ст. 130 (123; 130) А 133 (129;138) АА 0,461 ДАД, мм рт. ст. 98 (92; 102) А 88 (85;102) АА 0,533 Через 5 минут после холода (3 этап) ЧСС, уд/мин 65,1 (64,9; 66,3) А 61,8 (60,4; 67,3) А 0,465 RMSSD, мс 43,9 (30,7; 46,6) А 60,2 (44,6; 81,5) 0,084 SDNN, мс 57,1 (44,0; 61,7) А 63,6 (51,9; 79,5) 0,461 pNN50% 10,1 (6,8; 25,3) А 35,3 (19,9; 46,5) 0,081 TP, мс2 2826,4 (2668,9; 3972,1) А 4348,4 (3206,1; 8134,7) 0,223 SI, усл. ед. 62,1 (54,9; 102,6) А 53,4 (30,4; 71,6) 0,271 Через 10 минут после холода (4 этап) ЧСС, уд/мин 68,8 (65,4; 70,4) А 64,1 (62,4; 69,9) АА 0,461 RMSSD, мс 32,9 (28,2; 40,3) 52,0 (34,4; 74,9) 0,180 SDNN, мс 36,5 (34,5; 36,5) 65,4 (50,1; 76,6) 0,007 pNN50% 13,5 (7,7; 15,1) 31,3 (13,3; 53,9) 0,111 TP, мс2 1244,2 (1057,2; 2416,5) 4147,2 (2072,6; 5057,2) 0,023 SI, усл. ед. 170,5 (137,6; 192,1) 49,1 (34,9; 84,4) 0,011 САД, мм рт. ст. 130 (120; 130) А 123 (121; 130) 0,214 ДАД, мм рт. ст. 89 (89; 90) 84 (78; 90) 0,571 Примечание. А - р < 0,05, АА - р < 0,01, различия статистически значимы по сравнению с фоном. 22 Экология человека 2020.11 Экологическая физиология (J.V2 140 -г 120 -100 -80 -60 - F8 F7 ■ ФОН/BACKGROUND А В Рис. 2. Спектральная мощность a-(A) и 0-(B) активности ЭЭГ у молодых людей кластера II. Примечание. ДА - р < 0,01, различия статистически значимы по сравнению с фоном. На 2-м этапе исследования у молодых людей кластера I не было выявлено изменений СМ ЭЭГ по сравнению с фоном. У представителей кластера II повышалась СМ a-активности ЭЭГ в передневисочных отделах головного мозга (F8, р = 0,006, F7, р = 0,006) и снижалась в теменных (P4, р = 0,02, P3, р = 0,02) (см. рис. 2). Спектральная мощность 0-активности увеличивалась справа в лобных (F4, р = 0,006), передневисочных (F8, р = 0,005) и задневисочных (T6, р = 0,006) отделах головного мозга и слева в передневисочном (F7, р = 0,005) отделе в ответ на холод. Выявлены корреляционные связи СМ 0-активности в отделах С4 (г = -0,79, p = 0,006), F4, (г = -0,75, p = 0,03), F8 (г = -0,81, p = 0,004) с ЧСС. Показатель СМ a-активности ЭЭГ в отделах F7 коррелировал c pNN50% (г = 0,67, p = 0,03), SI (г = -0,75, p = 0,01). Обсуждение результатов У молодых людей кластера I значение SI в фоне составило 177,9 (111,4; 229,0) усл. ед., что, согласно данным литературы [1], свидетельствует о преобладании симпатической нервной системы в регуляции ритма сердца. В этом кластере выявлены более низкие значения SDNN, RMSSD, pNN50%, TP по сравнению с кластером II. У представителей кластера I отмечалась более высокая исходная СМ a- и 0-волн ЭЭГ, что говорит о преобладании активности гипоталамо-диэнцефальных структур мозга [10]. У молодых людей кластера II значение SI в фоне составило 69,1 (50,9; 91,9) усл. ед., что соответствует нормотоническому типу вегетативной регуляции, а также отмечались более высокие значения SDNN, RMSSD, pNN50%, TP по сравнению с представителями кластера I. По ЭЭГ регистрировалась более низкая СМ a- и 0-активности по сравнению с кластером I. Во время охлаждения у молодых людей кластера I с исходным преобладанием симпатической активности в регуляции ритма сердца отмечались более низкие значения Тсл и Тк по сравнению с представителями кластера II, что свидетельствует о большем сужении поверхностных сосудов кожи. Вазомоторный ответ, опосредованный симпатической нервной системой, вызывающий сужение периферических сосудов, приводит к снижению периферического кровотока и, таким образом, уменьшает потерю тепла организмом [14]. Однако активация симпатической нервной системы увеличивает восприимчивость к холодовым травмам, таким как обморожение у неакклиматизированных людей [14]. У лиц кластера II температура тела по абсолютным значениям снижалась меньше. Меньшее снижение температуры кожи отмечают у людей при адаптации к холоду, объясняя более ранним включением механизмов периферической вазодилатации [2]. После прекращения холода в кластере I через 10 минут Тсл и Тк возвращалась к исходным значениям, а в кластере II не восстанавливалась до фоновых показателей. Общее охлаждение, как правило, приводит к нарастанию системного АД крови, ЧСС, что связывают с повышением активности симпатической нервной системы. В кластере I отмечалось статистически значимое повышение САД, ДАД и на уровне тенденции увеличение ЧСС. У молодых людей кластера II регистрировалось повышение САД, ДАД при воздействии холода и как отражение барорефлекторной реакции в ответ на повышение давления в магистральных сосудах снижалась ЧСС. В кластере II ДАД меньше повысилось в ответ на холод по сравнению с кластером I, но на уровне тенденции. По данным литературы [17], при адаптации к холоду отмечается меньшее увеличение ДАД при охлаждении. Через 10 минут после прекращения воздействия холода САД и ДАД у молодых людей кластера II возвращалось к исходным значениям, а в кластере I значения САД не восстанавливались. Задержка восстановления САД после холодового стресса может свидетельствовать 0 напряжении работы регуляторных систем [18]. У молодых людей обоих кластеров отмечалось увеличение RMSSD, pNN50%, ТР и снижение SI в ответ на холод, что соответствует увеличению и парасимпатического звена регуляции. У лиц кластера 1 показатели ВСР восстанавливались до фоновых значений через 10 минут, у молодых людей кластера II они соответствовали фоновым значениям уже через 5 минут после холода. В литературе имеются данные, что на фоне достаточно высоких значений SDNN восстановление сердечного ритма после нагрузок происходит быстрее [7], что, по нашим результатам, соответствует кластеру II. 23 Экологическая физиология Экология человека 2020.11 Воздействие холода по-разному отразилось на топографических изменениях СМ ЭЭГ у обследованных лиц. У молодых людей кластера I изменения биоэлектрической активности головного мозга были минимальны. У лиц кластера II отмечалось снижение СМ a-активности в теменной области. Предполагается, что снижение a-активности связано с повышенной возбудимостью клеток в таламокортикальной системе, с процессами внимания к охлаждению [13]. Спектральная мощность a-активности увеличилась в передневисочных отделах мозга (F7, F8), тета-активность - справа в лобных (F4), передневисочных (F8), задневисочных (T6) отделах и слева в передневисочном (F7) отделе головного мозга в ответ на холод. Выявлены корреляционные связи СМ 0-активности в отделах С4 (г = -0,79, p = 0,006), F4 (г = -0,75, p = 0,03), F8 (г = -0,81, p = 0,004) с ЧСС. Спектральная мощность a-активности в отделах F7 коррелировала c pNN50% (г = 0,67, p = 0,03), SI (г = -0,75, p = 0,01). Активность парасимпатической и симпатической нервной системы опосредуется корково-подкорковыми путями, которые включают префронтальную кору, переднюю поясную кору, островок, гипоталамус и ствол мозга. Повышенная активация префронтальной коры снижает симпатическую активность, что приводит к преобладанию парасимпатической нервной системы, тогда как сниженная активация префронтальной коры сопровождается увеличением симпатической активности [15]. Повышение 0-активности и выявленные корреляции отражают снижение тормозного контроля со стороны коры головного мозга на подкорковые структуры. По литературным данным, имеет место церебральная латерализация в вегетативном контроле сердечно-сосудистой деятельности. Правое полушарие, как сообщается [19], модулирует симпатический тонус, в то время как парасимпатическая нервная система преимущественно регулируется левым полушарием. Таким образом, проведенное исследование показало, что у молодых лиц выявлены два варианта реакций функциональных систем на холод. В первом варианте отмечались большее снижение температуры кожи, повышение АД, показателей ВСР (RMSSD, pNN50%, TP) и минимальные изменения биоэлектрической активности мозга. После прекращения воздействия холода САД не снижалось, показатели ВСР восстанавливались медленным темпом. Данные изменения первого варианта свидетельствуют о напряжении функционирования регуляторных систем организма в ответ на холод. Во втором варианте при охлаждении температура кожи менее выраженно снижалась, повышались АД, параметры ВСР (SDNN, RMSSD, pNN50%, TP) и СМ a-активности в передневисочных отделах мозга и 0-активности справа в лобных, передневисочных, задневисочных отделах и слева в передневисочном отделе головного мозга в ответ на холод. После прекращения воздействия холода АД, показатели ВСР и биоэлектрическая активность мозга восстановились до исходных значений, что отражает более успешную приспособительную реакцию на холод. Работа выполнена по программе ФНИР лаборатории биоритмологии ИФПА ФГБУН ФИЦКИА РАН, № 115050610141 Благодарности Выражаем благодарность заведующей лаборатории регуляторных механизмов иммунитета ИФПА ФИЦКИА РАН А. В. Самодовой за возможность использования в исследовании холодовой камеры «УШЗ-25Н» Авторство Кривоногова Е. В. разработала дизайн исследования, получила, проанализировала и интерпретировала данные, написала текст статьи; Демин Д. Б. разработал дизайн исследования, получил данные, принял участие в написании статьи; Кривоногова О. В. получила, проанализировала и интерпретировала данные, написала текст статьи; По-скотинова Л. В. разработала дизайн исследования, научно отредактировала текст статьи. Авторы статьи заявляют об отсутствии конфликта интересов.

About the authors

E. V. Krivonogova

N. Laverov Federal Center for Integrated Arctic Research of the Ural Branch of the Russian Academy of Sciences

Email: elena200280@mail.ru
Arkhangelsk, Russia

D. B. Demin

N. Laverov Federal Center for Integrated Arctic Research of the Ural Branch of the Russian Academy of Sciences

Arkhangelsk, Russia

O. V. Krivonogova

N. Laverov Federal Center for Integrated Arctic Research of the Ural Branch of the Russian Academy of Sciences

Arkhangelsk, Russia

L. V. Poskotinova

N. Laverov Federal Center for Integrated Arctic Research of the Ural Branch of the Russian Academy of Sciences

Arkhangelsk, Russia

References

  1. Баевский Р. М., Кириллов О. И., Кляцкин С. З. Математический анализ изменения сердечного ритма при стрессе. М.: Наука, 1984. 222 с.
  2. Бочаров М. И. Терморегуляция организма при холодовых воздействиях // Вестник Северного (Арктического) федерального университета. Серия: Медико-биологические науки. 2015. № 1. С. 5-16.
  3. Власова О. С., Бичкаева Ф. А., Скворцова В. Ю., Нестерова Е. В., Шенгоф Б. А. Содержание катехоламинов (адреналина, норадреналина) у детей и подростков Архангельской области в зависимости от географической широты проживания, пола и возраста // Адаптация человека к экологическим и социальным условиям Севера / отв. ред. Е. Р Бойко. Сыктывкар; Екатеринбург: УрО РАН, 2012. С. 108-115.
  4. Горенко И. Н., Типисова Е. В., Попкова В. А., Елфимова А. Э. Соотношение гормонов гипофизарно-тиреодной системы, дофамина и цАМФ у жителей Европейского и Азиатского Севера // Журнал медико-биологических исследований. 2019. Т. 7, № 2. С. 140-150.
  5. Грибанов А. В., Джос Ю. С., Рысина Н. Н. Изменение параметров биоэлектрической активности головного мозга у школьников-северян 16-17 лет в различных условиях естественной освещенности // Экология человека. 2013. № 6. С. 42-48.
  6. Гудков А. Б., Коробицына Е. В., Мелькова Л. А., Грибанов А. В. Реакция показателей гемодинамики на локальное охлаждение кисти и стопы у лиц юношеского возраста // Экология человека. 2015. № 11. С. 13-18.
  7. Кретова И. Г., Ведясова О. А., Комарова М. В., Ширяева О. И. Анализ и прогнозирование резервных возможностей организма студентов по параметрам вариабельности сердечного ритма // Гигиена и санитария. 2017. Т 96, № 6. С. 556-561.
  8. Максимов А. Л., Борисенко Н. С., Максимова Н. Н., Королев Ю. Н., Голубев В. Н. Индивидуальные следовые реакции показателей кардиоритма и температуры поверхности кисти после тренировок с ререспирацией при локальном охлаждении // Вестник Северо-Восточного научного центра ДВО РАН. 2015. № 4. С. 95-100.
  9. Михайлов В. М. Вариабельность ритма сердца (новый взгляд на старую парадигму). Иваново: ООО «Нейрософт», 2017. 516 с.
  10. Сороко С. И., Андреева С. С., Бекшаев С. С. Перестройки параметров электроэнцефалограммы у детей - жителей о. Новая Земля // Вестник Северо-Восточного научного центра ДВО РАН. 2009. № 2. С. 49-59.
  11. Сороко С. И., Бекшаев С. С., Рожков В. П. ЭЭГ корреляты генофенотипических особенностей возрастного развития мозга у детей аборигенного и пришлого населения северо-востока России // Российский физиологический журнал имени И. М. Сеченова. 2012. T. 98, № 1. С. 3-26.
  12. Chang P. F., Arendt-Nielsen L., Chen A. C. Dynamic changes and spatial correlation of EEG activities during cold pressor test in man // Brain Res. Bull. 2002. Vol. 57, N 5. P. 667-675.
  13. Hansen T. M., Mark E. B., Olesen S. S., Gram M., Frøkjær J. B., Drewes A. M. Characterization of cortical source generators based on electroencephalography during tonic pain // J. Pain Res. 2017. N 10. P. 1401 - 1409.
  14. Harinath K., Malhotra A. S., Pal K., Prasad R., Kumar R., Sawhney R. C. Autonomic nervous system and adrenal response to cold in man at Antarctica // Wilderness Environ. Med. 2005. Vol. 16, N 2. P. 81-91.
  15. Jung W., Jang K. I., Lee S. H. Heart and Brain Interaction of Psychiatric Illness: A Review Focused on Heart Rate Variability, Cognitive Function, and Quantitative Electroencephalography // Clin. Psychopharmacol. Neurosci. 2019. Vol. 17, N 4. Р 459-474.
  16. Levitt J., Choo H. J., Smith K. A., LeBlanc B. W., Saab C. Y. Electroencephalographic frontal synchrony and caudal asynchrony during painful hand immersion in cold water // Brain Res. Bull. 2017. N 130. Р. 75-80.
  17. Mäkinen T. M., Mäntysaari M., Pääkkönen T., Jokelainen J., Palinkas L. A., Hassi J., Leppäluoto J., Tahvanainen K., Rintamäki H. Autonomic nervous function during whole-body cold exposure before and after cold acclimation // Aviat. Space Environ. Med. 2008. Vol. 79, N 9. Р 875-882.
  18. Stewart J. C., France C. R. Cardiovascular recovery from stress predicts longitudinal changes in blood pressure // Biol. Psychol. 2001. Vol. 58, N 2. P. 105-120.
  19. Guo C. C., Sturm V. E., Zhou J., Gennatas E. D., Trujillo A. J., Hua A. Y., Crawford R., Stables L., Kramer J. H., Rankin K., Levenson R. W., Rosen H. J., Miller B. L., Seeley W. W. Dominant hemisphere lateralization of cortical parasympathetic control as revealed by frontotemporal dementia // Proc. Nat. Acad. Sci USA. 2016. Vol. 113, N 17:E2430-9.

Statistics

Views

Abstract - 106

PDF (Russian) - 12

Cited-By


Article Metrics

Metrics Loading ...

PlumX

Dimensions

Refbacks

  • There are currently no refbacks.

Copyright (c) 2020 Krivonogova E.V., Demin D.B., Krivonogova O.V., Poskotinova L.V.

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution-NonCommercial-NoDerivatives 4.0 International License.

This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies