SECULAR TRENDS IN THE PREVALENCE OF DISEASES AMONG THE RESIDENTS OF THE TERRITORIES OF THE ALTAI REGION ADJACENT TO THE AREAS OF FALLING OF SEPARATING PARTS OF LAUNCH VEHICLES

Cover Page


Cite item

Abstract

Introduction: Health of the residents of the territories adjacent to the space launches have been shown to be inferior to the national average. However, the data from the Altai region are scarce. Aim: To assess health status of the residents of the territories of the Altai region adjacent to the areas of falling of separating parts of launch vehicles Methods: All residents of the affected territories were examined by medical teams in 1999 (n = 1 929), 2005 (n = 1 213), 2010 (n = 1 016) and 2015 (n = 843). Overall prevalence rates class-specific rates per 1000 population were calculated. Secular trends were analyzed and comparisons with the reference population were performed. Results: The overall prevalence decreased from 4 400,5 - 4 406,5 % in 1999 to 3 932,7 - 3 941,5 % in 2015 (p < 0.001) with no clear trend. In 1999, the main contributors to the overall burden of diseases were diseases of the endocrine system (1 072,2 - 1 075,0 %), diseases of the circulatory system (526,9 - 572,1 %), diseases of the eye and its appendages (390,8 - 435,6 %), and diseases of the respiratory system - 318,0 - 361,2 %. In 2015, the most prevalent illnesses were diseases of the circulatory system (743,4 - 801,0 %), diseases of the respiratory system (668,3 - 731,5 %), diseases of the endocrine system (636,6 - 701,4 %), and diseases of the eye and its appendages (452,0 - 520,8 %). Residents of the study group had greater overall prevalence of diseases (3 932,7 - 3,941,5 %) than the reference (2 539,3 - 2,539,5 %), p < 0.001. The same was observed for the most classes of diseases. Conclusions: The overall prevalence of diseases among the residents of the territories adjacent to the areas of falling of separating parts of launch vehicles significantly decreased from 2015 to 1999 with no obvious linear trend. Women had poorer health than men. The overall prevalence of diseases and the prevalence of the most classes of diseases in the study group is significantly higher than in the reference population.

Full Text

Введение С развитием наземной космической инфраструктуры всё большая часть территории России задействуется в ракетно-космической деятельности. Районы падения (РП) отделяющихся частей ракет-носителей (ОЧРН) № 306, 307, 309 и 310, образующих зону Ю-30, захватывают 1 450 км2 территории Третьяковского, Змеиногорского, Краснощековского и Чарышского районов Алтайского края (рис. 1). Рис. 1. Расчетные контуры районов падения (РП) отделяющихся частей ракет-носителей Горные и предгорные территории этих районов многие годы испытывают загрязнение токсичными компонентами ракетного топлива (КРТ), продуктами их распада и фрагментами ОЧРН. Это создает ряд проблем для хозяйственной деятельности населения, а также экологические проблемы для территорий. Основной проблемой является вылет части фрагментов ракет-носителей за расчетные контуры РП, что обусловливает другие проблемы: Рис. 2. Картограмма размещения фрагментовтделяющихся частей ракет-носителей в Алтайском крае и прилегающей территории - угрозу физического и психического травмирования населения, сельскохозяйственных и диких животных, разрушения объектов социальной и производственной инфраструктур; - возникновение лесных пожаров, наносящих существенный экономический и материальный ущерб природным ресурсам; - растаскивание фрагментов ОЧРН, отчасти токсичных, из районов падения и их концентрация в местах проживания с использованием их в хозяйственно-бытовой и рекреационной деятельности населения; - постоянный стрессовый фактор психофизического дискомфорта, испытываемый жителями ближайших к РП населенных пунктов; - возможность возникновения чрезвычайных ситуаций с масштабными негативными медикоэкологическими последствиями в случае нештатных ситуаций при пуске ракет-носителей. Рядом научных и экологических организаций Алтайского края и Республики Алтай проведена большая работа по выявлению фрагментов ракет-носителей за пределами РП. Выяснилось, что до конца 1990-х годов площадь территории, где были обнаружены фрагменты, значительно превышает расчетные конуры РП, что представлено на рис. 2. После передачи этих материалов в Роскосмос была проведена коррекция траекторий полетов ракет-носителей и снижение высоты подрыва баков топлива и окислителя при запусках, что привело к значительному сокращению случаев вылета фрагментов ракет-носителей за расчетные границы РП в Алтайском крае. Наиболее распространенными КРТ являются несимметричный диметилгидразин, азотный тетраоксид и углеводородные топлива (керосины, синтин). Несимметричный диметилгидразин (гептил) - НДМГ - в природе не встречается. Обладает общетоксическим и кожно-раздражающим действием (I класс опасности). В организм поступает различными путями - через органы дыхания, кожный покров, желудочно-кишечный тракт. В организме распределяется равномерно, поражая печень, центральную нервную, сердечно-сосудистую, кроветворную и другие системы. Кроме общетоксического действия НДМГ дает отдаленные эффекты - канцерогенный, мутагенный, гонадо- и эмбриотоксический. Азотный тетраоксид (N2O4) относится к I классу опасности. Опасен при ингаляционном воздействии - нарушаются функции дыхания и сердечно-сосудистой системы, водно-солевого обмена. Последствием острых и хронических отравлений азотным тетраоксидом может быть развитие хронического бронхита и склероза легких. Углеводородные топлива - керосины Т-1, РГ-1 - прозрачные бесцветные жидкости с резким специфическим запахом, практически не растворимы в воде. Относятся к малоопасным веществам (IV класс). Отравления керосинами проявляются синдромом поражения нервной системы, признаками раздражения слизистых оболочек и поражения органов дыхания. Синтин наиболее токсичен при ингаляции, обладает слабым кожно-резорбтивным действием, сильным раздражающим воздействием на слизистые оболочки верхних дыхательных путей и желудочно-кишечного тракта (II класс опасности). Подходы к организации мониторинга экологической ситуации в районах падения ОЧРН, к оценке здоровья населения прилегающих территорий достаточно хорошо описаны в отечественной литературе. Так, Адушкин В. В., Козлов С. И., Петров А. В. и Епифанов И. К., Дорошина С. В. в своих работах сформулировали основные проблемы, связанные с ракетно-космической деятельностью и осуществили их классификацию [1, 4]. Шатров Я. Т., Брусков В. И. и Завильгельский Г. Б. привели новейшие результаты исследования гептила как компонента ракетного топлива, его превращения во внешней среде и его воздействия на живые организмы. Кондратьев А. Д., Кречетов П. П. и Королева Т. В. описали вопросы экологической безопасности в районах падения при пусках ракет-носителей [9]. Бурков В. А. в своей работе описал подходы к решению экологических проблем и оценке негативного воздействия ракетно-космической деятельности в Томской области [2]. Мешков Н. А. привел результаты определения изменений в здоровье населения, проживающего вблизи районов падения отделяющихся частей ракет-носителей в Республике Алтай [12]. Колядо И. Б., Плугин С. В. Колядо В. Б. и др., а также Шойхет Я. Н., Колядо И. Б., Плу-гин С. В. и др. в своих работах оценили экологическую ситуацию в районах падения ОЧРН на территориях с разными видами почв по итогам экологического мониторинга пусков ракет-носителей и привели данные о распространенности болезней среди разных групп населения Алтайского края, проживающего вблизи районов падения ОЧРН [6, 14]. Следует отметить, что подобные исследования на других территориях России проводились в иных природно-климатических условиях. В иностранной литературе публикации по данной проблеме встречаются значительно реже и касаются в основном прикладных моментов. Причиной тому является то, что большинство космических держав в качестве районов падения используют воды мирового океана и для них вышеуказанные проблемы не актуальны. Так, Patera R. P и др. в своей работе подняли глобальную проблему космической безопасности [17]. Peters A. и Verrier R. связывали загрязнение воздуха с пусками ракет [18]. Profeta B., McKee M., Goncharova N. P. и др., а также Profeta B., Rechel B., McKee M. и др. в своих работах приводят данные социологических исследований по результатам опросов населения Алтайского края по поводу опасности для них пусков ракет [19, 20]. Tracy U. U. в своей работе поднял проблему накапливающегося космического мусора [21]. Vertinskii P. A. и Wei -jia Su, Woodward R. L. и Dziewonski A. Считают, что пуски ракет влияют на стационарный геомагнитизм и сдвиги в мантии Земли, о чем свидетельствуют измерения сейсмологов [22, 23]. Однако некоторые авторы касаются вопросов влияния ракетно-космической деятельности на здоровье человека. Так, Choudhary G. и Hansen H. считают, что отравление угарным газом, в том числе выделяющимся при пусках ракет, это серьезная проблема общественного здоровья [15]. James R. и Mathiem-Nocf M. оценивают перспективы здоровья человека при воздействии гидразинов, которые используются в качестве КРТ, на окружающую среду [16]. Установлено, что основная часть КРТ попадает в организм человека с вдыхаемым воздухом. Также КРТ попадают на землю при их утечке в результате падения обломков ракет-носителей. При загрязнении почвы, грунтовых и поверхностных вод, растительности, КРТ через звенья пищевой цепочки могут попадать в организм человека [13]. Таким образом, при оценке воздействия факторов ракетно-космической деятельности на территорию основное внимание следует уделять состоянию здоровья населения. Целью исследования стало получение актуальных данных о состоянии здоровья жителей территорий края, прилегающих к районам падения отделяющихся частей космических ракет-носителей, для научного обоснования их реабилитации. Методы В Алтайском крае КГБУ «НИИ региональных медико-экологических проблем» с 1998 г. проводит динамическое исследование состояния здоровья населения территорий, прилегающих к районам падения ОЧРН [5, 7, 8]. Федеральная космическая программа России при финансировании Государственной корпорации «Роскосмос» предусматривала медицинские осмотры данной категории населения Алтайского края. В частности, обследования жителей Новоалейского и Плосковского сельских советов Третьяковского района проводились в 1999, 2005, 2010 и 2015 гг. в летний период. Обследованию подлежали все жители населенных пунктов этих сельсоветов всех возрастов. В 1999 г. было обследовано 1 929 человек (89,7 % от общей численности населения), в 2005 г. - 1 213 (58,3 %), 2010 г. - 1 016 (62,5 %) и 2015 г. - 843 человека (58,1 %). Углубленный медицинский осмотр населения проводился с выездом в места его проживания специально сформированной бригадой из врачей ведущих краевых лечебно-профилактических учреждений. Состав бригады был постоянным: дерматолог, терапевт-кардиолог, невролог, отоларинголог, офтальмолог, хирург-онколог, два эндокринолога, два специалиста по ультразвуковой диагностике, гинеколог, педиатри детский невролог. В распоряжении бригады имелся транспорт и мобильное диагностическое оборудование. шш 1999 г. 2005 г. 2010 г. 2015 г. Персональные данные обследованных и результаты осмотра фиксировались в специально разработанной статистической карте и вносились в электронную базу данных [10]. В ходе настоящего исследования применялись методы динамического и сравнительного анализа данных. Контролем послужили результаты диспансеризации жителей Алтайского края за 2016 г. В обоих случаях обследовалось население всех возрастов. Возрастная структура обследованных в исследуемой группе и группе сравнения практически не различается и представлена в таблице. Таким образом, тип исследования - аналитическое, для сравнения и выявления тренда. Возрастная структура обследуемых групп населения Возраст Опытная группа Контрольная группа Абс. % Абс. % Моложе трудоспособного 154 18,3 443048 18,6 Трудоспособный 486 57,7 1315440 55,3 Старше трудоспособного 203 24,1 618276 26,0 Итого 843 100,0 2376764 100,0 При статистической обработке полученных сведений о распространённости болезней были исключены данные по двум классам МКБ-10 - «Внешние причины заболеваемости и смертности. Класс 20» (V01-Y98) и «Факторы, влияющие на состояние здоровья и обращения в учреждения здравоохранения. Класс 21» (Z00-Z99). Были рассчитаны: интенсивные показатели (распространенность болезней на 1 000 обследованных в целом, по отдельным классам и нозологиям, для всех обследованных и по полу - %о), ошибки средних (±m). Для оценки достоверности различия показателей использовался коэффициент Стьюдента (t). Различия показателей являлись статистически значимыми при значении p < 0,05 [3, с. 17-23, 33-47; 11]. Результаты Анализ полученных результатов показал, что общий уровень распространенности болезней среди населения исследуемых территорий в 1999 г. составил 4 400,5-4 406,5 на 1 000 обследованного населения, в 2005 г. он статистически значимо (р < 0,001) уменьшился до 3 487,1-3 493,9 %, в 2010 г. - значимо (р < 0,001) возрос до 5 312,3-5 321,5 %, а в 2015-м опять снизился до 3 932,7-3 941,5 % (р < 0,001). В итоге в 2015 г. показатель общей распространенности болезней стал значимо (р < 0,001) меньше уровня 1999 г. Показатели мужчин и женщин представлены на рис. 3. 7000 6000 5000 4000 3000 2000 1000 о Рис. 3. Динамика общего уровня распространённости болезней среди мужчин и женщин (на 1 000 обследованных) Колебание уровня распространенности отмечено и по большинству классов болезней. В итоге в 2015 г. большинство показателей стали статистически значимо (р < 0,001) меньше таковых в 1999-м. Так, показатели распространенности по классу «Некоторые инфекционные и паразитарные болезни. Класс 1» (А00-В99) составили соответственно годам исследования 60,9-98,1 и 143,9-177,5 %; по классу «Новообразования. Класс 2» (С00^48) 89,9-133,1 и 217,5-256,3 %; по классу «Болезни эндокринной системы, расстройства питания и нарушения обмена веществ. Класс 4» (E00-E90) 636,6-701,4 и 1 072,2-1 075,0 %. Из данного класса наибольшая часть болезней приходилась на «Болезни щитовидной железы» (Е00-Е07). В 2015 г. уровень её распространенности составил 261,6- 324,4 %, а в 1999-м - 889,7-916,5 % (р < 0,001). По классу «Психические расстройства и расстройства поведения. Класс 5» (F00-F99) показатели составили соответственно 45,1-78,3 и 157,8-192 ,6 %; по классу «Болезни органов пищеварения. Класс 11» (K00-K93) 18,8-42,8 и 208,1-246,1 %; по классу «Болезни костно-мышечной системы и соединительной ткани. Класс 13» (M00-M99) 222,7-282,7 и 303,6-346,4 %; по классу «Врожденные аномалии (пороки развития), деформации и хромосомные нарушения. Класс 17» (Q00-Q99) 18,1-41,3 и 52,2-74,2 %; по классу «Симптомы, признаки и отклонения от нормы, выявленные при клинических и лабораторных исследованиях, не классифицированные в других рубриках. Класс 18» (R00-R99) 0,7-11,1 и 132,5-165,0 %; а по классу «Травмы, отравления и некоторые другие последствия воздействия внешних причин. Класс 19» (S00-T98) 0,7-11,1 и 14,7-27,9 %0 (р < 0,01). По ряду классов в 2015 г. показатель распространенности болезней оказался статистически значимо больше (р < 0,001) такового в 1999-м. Так, показатели распространенности по классу «Болезни глаза и его придаточного аппарата. Класс 7» (H00-H59) составили соответственно 452,0-520,8 и 390,8-435,6 %; по классу «Болезни системы кровообращения. Класс 9» (I00-I99) 743,4-801,0 и 526,9-572,1 %; по классу «Болезни органов дыхания. Класс 10» (J00-J99) соответственно 669,3-731,5 и 318,0-361,2 %; а по классу «Болезни мочеполовой системы. Класс 14» (N00-N99) 328,6-395,0 и 293,0-335,4 % (р < 0,01). По классам «Болезни крови, кроветворных органов и отдельные нарушения, вовлекающие иммунный механизм. Класс 3» (D50-D89), «Болезни нервной системы. Класс 6» (G00-G99), «Болезни уха и сосцевидного отростка. Класс 8» (H60-H95), «Болезни кожи и подкожной клетчатки. Класс 12» (L00-L99) и «Отдельные состояния, возникающие в перинатальном периоде. Класс 16» (Р00-Р96) различия показателей 1999 и 2015 гг. статистически не значимы (р > 0,05). В течение всего исследования уровень общей распространенности болезней среди женщин был статистически значимо (р < 0,001) больше, чем среди мужчин. Кроме того, у женщин значимо (р < 0,001) чаще встречались «Новообразования. Класс 2» (С00^48), «Болезни эндокринной системы, расстройства питания и нарушения обмена веществ. Класс 4» (E00-E90), «Болезни мочеполовой системы. Класс 14» (N00-N99), а «Болезни глаза и его придаточного аппарата. Класс 7» (H00-H59) и «Болезни системы кровообращения. Класс 9» (I00-I99), исключая 2015 г. По «Болезням нервной системы. Класс 6» (G00.0-G99) различие показателей было значимым (р < 0,05). У мужчин в 1999 и 2015 гг. статистически значимо (р < 0,05) чаще выявлялись «Болезни органов дыхания. Класс 10» (J00-J99). Сравнительный анализ показателей распространенности болезней среди населения Новоалейского и Плосковского сельских советов Третьяковского района был проведен на основе итогов обследования в 2015 г. (исследуемая группа) и результатов диспансеризации населения Алтайского края за 2016 г. (группа сравнения). Результаты сравнения этих групп показали, что общий уровень распространённости болезней в исследуемой группе статистически значимо (р < 0,001) больше данных группы сравнения, соответственно 3 932,7-3 941,5 и 2 539,3-2 539,4 %. Такая же ситуация сложилась и по большинству классов болезней. В исследуемой группе выявлено значимо (р < 0,001) больше случаев «Болезней системы кровообращения. Класс 9» (I00-I99), соответственно 743,1-801,0 и 403,5-404,7 %; «Болезней органов дыхания. Класс 10» (J00-J99) 668,3-731,5 и 491,2-492,4 %, «Болезней эндокринной системы, расстройства питания и нарушения обмена веществ. Класс 4» (E00-E90) 636,6-701,4 и 178,9-180,1 %; «Болезней глаза и его придаточного аппарата. Класс 7» (H00-H59) 452,0-520,8 и 171,6-172,8 %; «Болезней мочеполовой системы. Класс 14» (N00-N99) 328,6-395,0 и 241,5-242,7 %; «Болезней нервной системы. Класс 6» (G00-G99) 162,8-216,8 и 91,3-92,1 %; «Новообразований. Класс 2» (C00-D48) 89,9-133,1 и 69,7-70,5 %; «Некоторых инфекционных и паразитарных болезней. Класс 1» (А00-В99) 60,9-98,1 и 46,8-47,2 %; «Врожденных аномалий (пороков развития), деформаций и хромосомных нарушений. Класс 17» (Q00-Q99) 18,1-41,3 и 7,7-8,1 %; а по «Болезням костно-мышечной системы и соединительной ткани. Класс 13» (M00-M99) различие показателей было также значимым, соответственно 222,7-282,7 и 215,5-216,7 % (р < 0,01); как и по «Болезням уха и сосцевидного отростка. Класс 8» (H60-H95), соответственно 54,6-90,2 и 44,9-45,3 % (р < 0,05). Не выявлено статистически значимых различий (р > 0,05) в уровнях показателей сравниваемых групп по «Болезням крови, кроветворных органов и отдельным нарушениям, вовлекающим иммунный механизм. Класс 3» (D50-D89) с показателями 18,1-41,3 % в исследуемой группе и 21,0-21,8 % в группе сравнения, «Болезням кожи и подкожной клетчатки. Класс 12» (L00-L99), соответственно 58.7-95,5 и 71,7-72,5 %; «Симптомам, признакам и отклонениям от нормы, выявленным при клинических и лабораторных исследованиях, не классифицированных в других рубриках. Класс 18» (R00-R99), соответственно 0,7-11,1 и 2,8-3,0 %. По ряду классов болезней уровень показателей был статистически значимо больше в группе сравнения: «Психические расстройства и расстройства поведения. Класс 5» (F00-F99) соответственно 81,4-82,2 и 45,1-78,3 % (р < 0,05); «Болезни органов пищеварения. Класс 11» (К00-К93) соответственно 244.7-245,9 и 18,8-42,8 % (р < 0,001); «Травмы, отравления и некоторые другие последствия воздействия внешних причин. Класс 19» (S00-T98) соответственно 91,4-92,2 и 0,7-11,1 % (р < 0,001). Обсуждение результатов Проведённое исследование позволило впервые получить результаты динамического за 1999, 2005, 2010 и 2015 гг. и сравнительного анализа данных о распространенности болезней среди вместе взятых жителей Новоалейского и Плосковского сельсоветов Третьяковского района Алтайского края, как территорий, прилегающих к районам падения ОЧРН. Анализ распространенности болезней на данных территориях показал существенные колебания общего уровня распространенности болезней и распространенности большинства классов болезней. В итоге в 2015 г. показатели стали статистически значимо меньше таковых в 1999 г. Однако по ряду классов болезней сложилась обратная ситуация. Это такие классы, как «Болезни глаза и его придаточного аппарата. Класс 7» (H00-H59), «Болезни системы кровообращения. Класс 9» (I00-I99), «Болезни органов дыхания. Класс 10» (J00-J99), «Болезни мочеполовой системы. Класс 14» (N00-N99). Общая распространенность болезней, а также распространённость ряда классов заболеваний в течение всего исследования была существенно больше среди женщин. Также был проведен сравнительный анализ полученных результатов по исследуемому контингенту и данных по группе сравнения. Для сравнения использовались результаты диспансеризации населения Алтайского края за 2016 г. Мы вынужденно провели такое сравнение, так как более полные сведения о распространенности болезней среди населения края по данным официальной статистики отсутствуют. В ходе экспедиции мы проводим одномоментное исследование и получаем «фотографию» явления -данные о выявленных болезнях в ходе медицинского осмотра на определенную дату, а сведения по краю собираются в ходе диспансеризации населения в течение всего года. Сравнительный анализ показал, что общий уровень распространенности болезней, а также распространенность болезней большинства классов значимо больше в исследуемой группе. Не выявлено статистически значимых различий показателей сравниваемых групп по «Болезням кожи и подкожной клетчатки. Класс 12» (L00-L99) и «Болезням крови, кроветворных органов и отдельным нарушениям, вовлекающим иммунный механизм. Класс 3» (D50-D89). Распространенность «Психических расстройств и расстройств поведения. Класс 5» (F00-F99), «Болезней органов пищеварения. Класс 11» (К00-К93), «Травм, отравлений и некоторых других последствий воздействия внешних причин. Класс 19» (S00-T98) статистически значимо больше в контрольной группе. Такую картину можно связать с тем, что пациенты с психическими расстройствами, серьезными травмами и отравлениями обычно не участвуют в скрининговых обследованиях. В ходе подобных обследований чаще регистрируются последствия травм и отравлений. Результаты исследования свидетельствуют о том, что какой-либо катастрофической ситуации со здоровьем жителей исследуемых территорий за многие годы наблюдения не выявлено. Четких тенденций поступательного ухудшения общих показателей распространённости болезней и болезней отдельных классов не установлено. Уровень распространённости болезней в исследуемой группе больше, чем в группе сравнения, что требует тщательного установления причин этого явления. На данном этапе преждевременно делать вывод о значимом негативном воздействии ракетнокосмической деятельности на здоровье населения прилегающих территорий и опасности проживания на них для населения. Необходимо дальнейшее продолжение исследований на органном и клеточной уровне, о чем свидетельствуют результаты дополнительно проведенного нами пилотного исследования иммунной системы данной категории населения. Таким образом, динамический анализ не выявил чёткой негативной тенденции изменения показателей распространенности болезней среди жителей территорий Третьяковского района Алтайского края, прилегающих к районам падения ОЧРН. В результате существенные колебания показателей общей распространенности болезней и распространённости большей части классов болезней в 2015 г. стали статистически значимо меньше таковых в 1999-м. Уровень общей распространенность болезней, а также распространённость болезни целого ряда классов больше среди женщин. Сравнение показателей исследуемой группы и группы сравнения показало, что общая распространенность болезней и распространенность болезней по большинству классов статистически значимо больше в исследуемой группе. Полученные результаты динамического и сравнительного анализа распространённости болезней позволяют дать оценку здоровья жителей территорий Третьяковского района, прилегающих к районам падения ОЧРН, которая является исходной информацией для принятия управленческих решений по оптимизации здоровья этой категории населения. Итоги работы востребованы органами управления здравоохранением, социальной защиты населения и используются в научных целях. Авторство Колядо И. Б. внес существенный вклад в концепцию и дизайн исследования, интерпретацию данных, окончательно утвердил присланную в редакцию рукопись; Плугин С. В. внес существенный вклад в получение, анализ и интерпретацию данных, подготовил первый вариант статьи; Шой-хет Я. Н. внес существенный вклад в концепцию и дизайн исследования, интерпретацию данных, подготовку первого варианта статьи; Бахарева И. В. внесла существенный вклад в получение и интерпретацию данных, подготовку первого варианта статьи.
×

About the authors

I. B. Kolyado

Institute of Regional Medico-Ecological Problems (IRMEP); Altai State University

S. V. Plugin

Institute of Regional Medico-Ecological Problems (IRMEP); Novosibirsk State Medical University

Email: serplugin@yandex.ru

Ya. N. Shoikhet

Institute of Regional Medico-Ecological Problems (IRMEP); Altai State Medical University

I. V. Bakhareva

Altai State Medical University; Ministry of Health of the Altai Krai

References

  1. Адушкин В. В., Козлов С. И., Петров А. В. Экологические проблемы и риски воздействий ракетно-космической техники на окружающую природную среду: справочное пособие. М.: Анкил, 2000. 232 с
  2. Бурков В. А. Ракетно-космическая деятельность на территории Томской области // Безопасность жизнедеятельности. 2008. № 1. С. 55-57
  3. Дмитриенко И. М., Колядо И. Б., Баранов О. П. Основы медицинской статистики. Барнаул: Изд. АГМУ, 1994. 120 с
  4. Епифанов И. К., Дорошина С. В. Классификация направлений негативного воздействия ракетно-космической деятельности на окружающую среду // Национальные интересы: приоритеты и безопасность. 2011. № 7 (32). С. 44-51
  5. Колядо И. Б., Плугин С. В., Горбачев В. Н. Динамика состояния здоровья населения Алтайского края, проживающего вблизи районов падения отделяющихся частей ракет-носителей // География и природопользование Сибири. 2016. № 21. С. 86-95
  6. Колядо И. Б., Плугин С. В., Колядо В. Б., Лещенко В. А. Особенности заболеваемости детского населения, проживающего вблизи района падения ракет-носителей типа «Протон» // Медицина труда и промышленная экология. 2018. № 6. С. 56-59
  7. Колядо И. Б., Шойхет Я. Н., Плугин С. В., Бахарева И. В. Распространенность заболеваний среди населения, проживающего на территориях Алтайского края, прилегающих к районам падения отделяющихся частей ракет-носителей // Бюллетень Сибирского отделения Российской академии медицинских наук. 2010. № 30 (3). С. 141 - 145
  8. Колядо И. Б., Плугин С. В., Шойхет Я. Н. Сравнительное динамическое исследование показателей здоровья населения Алтайского края, проживающего вблизи районов падения отделяющихся частей ракет-носителей // Бюллетень науки и практики. 2016. № 6. С. 115-125
  9. Кондратьев А. Д., Кречетов П. П., Королева Т. В. Обеспечение экологической безопасности при эксплуатации районов падения отделяющихся частей ракет-носителей. М.: Пеликан, 2007. 186 с
  10. Лещенко В. А., Шойхет Я. Н., Колядо В. Б., Колядо И. Б. Организация выездной диагностической работы и оценка патологической пораженности населения в территориях, прилегающих к районам ракетно-космической деятельности // Сибирский Консилиум. 2007. № 8. С. 32-38
  11. Мерков А. М., Поляков Л. Е. Санитарная статистика. Л.: Медицина, 1974. 235 с
  12. Мешков Н. А. Донозологические и морбидные изменения у населения, проживающего вблизи районов падения отделяющихся частей ракет-носителей // Вестник СПбГМА им. И. И. Мечникова. 2007. № 1. С. 60-66
  13. Шатров Я. Т., Брусков В. И., Завильгельский Г. Б. Новые аспекты исследования последствий использования гептила в ракетно-космической технике. Кн. 1. Гептил и активные формы кислорода: взаимосвязь, взаимовлияние, влияние на живые организмы и животных. М.: Пеликан, 2008. 119 с.
  14. Шойхет Я. Н., Колядо И. Б., Плугин С. В., Пузанов А. В. Экологическая ситуация и распространенность болезней среди населения Алтайского края, проживающего вблизи зон влияния ракетно-космической деятельности. Барнаул: Азбука, 2008. 292 с
  15. Choudhary G., Hansen H. Human health perspective on environmental exposure to hydrazines: a review. Chemosphere. 1998, 37 (5), pp. 801-843.
  16. James R., Mathiem-Nocf M. Carbon monoxide poisoning - a public health perspective. Toxicology. 2000, 1, pp. 1-14.
  17. Patera R. P. et al. Controlled deorbit of the “Delta-4” upper stage for the DMSP-17 mission”. Proc. of the 2nd IAASS Conference “Space Safety in a Global World”, Chicago, USA, 14-16 May, 2007 (ESA SP-645, July 2007).
  18. Peters A., Verrier R. Pollution air et ineidmeldelarythmie cardiague. Enerjaute. 2000, 1, pp. 83-85.
  19. Profeta B., McKee M., Goncharova N. P., Kolyado I. B., Robertus Y. V. Danger from above? A quantitative study of perceptions of hazards from falling rockets in the Altai Region of Siberia. Health, Risk and Society. 2010, 12 (3), pp. 193-210.
  20. Profeta B., Rechel B., McKee M., Moshennikova S. V., Kolyado I. B., Robertus Y. V. Perceptions of risk in the postsoviet world: a qualitative study of responses to falling rockets in the Altai region of Siberia. Health, Risk and Society. 2010, 12 (5), pp. 409-424.
  21. Tracy U. U. S. Space junk Salls on Siberia. Earth Island J. 1998, 3, p. 1.
  22. Vertinskii P. A. On magnetodinamics of stationary geomagnetism. In: XII Joint International Symposium “Atmospheric and Ocean Optics. Atmospheric Physics". Tomsk, Institute of Atmospheric Optics SB RAS, 2005, p. 190.
  23. Weijia Su, Woodward R.L., Dziewonski A. Degree 12 model of shear velocity heterogeneity in the mantle. J. Geophys. Res. 1994, 99 (B4), pp. 6945-6980.

Copyright (c) 2021 Kolyado I.B., Plugin S.V., Shoikhet Y.N., Bakhareva I.V.

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution-NonCommercial-NoDerivatives 4.0 International License.

This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies